Ну разве не стоит попытаться?

Ванда улыбнулась сквозь слезы.

– Ты знаешь, я все сделаю, как ты скажешь, дед. И потом это наша единственная надежда.

Договориться о встрече с Императором оказалось совсем несложно. Глаза Агиса загорелись, когда он увидел Гэри Селдона.

– Здравствуйте, дружище, – сказал Император, улыбаясь. – Явились, чтобы сообщить мне какую-нибудь гадость?

– Надеюсь, нет, – улыбнулся Селдон.

Агис расстегнул заколку, стягивающую у шеи его тяжелую мантию, и с отвращением швырнул ее в угол.

– Полежи-ка там, – проворчал он и, обернувшись к Селдону, признался: – Ненавижу ее.

Тяжеленная, как не знаю что, и жарко в ней ужасно. А ведь мне приходится напяливать ее всякий раз, когда нужно стоять перед всеми, произносить бессмысленные слова. Я тогда чувствую себя чем-то вроде статуи. Нет, это просто жуть какая-то. Клеон – он, наверное, родился в мантии и умел ее носить. А я не в ней родился и носить ее терпения не хватает. Это несчастье всей моей жизни, что мне выпала «честь» доводиться ему троюродным братом по материнской линии и потому меня сочли подходящей кандидатурой на пост Императора. Я бы уступил это место любому по сходной цене. Вы бы не хотели стать Императором, Гэри?

– Нет-нет, что вы, у меня и в мыслях этого нет, так что не надейтесь, сир! – смеясь, воскликнул Селдон.

– Ну а кто же эта ослепительная красавица с вами? – лукаво спросил Император. Ванда покраснела, а Император ласково проговорил: – Не обижайтесь на меня, милочка. Одним из немногих преимуществ Императора является то, что он имеет право говорить все, что ему вздумается. И никто не имеет права спорить.

Сказать можно только: «Сир». Однако от вас мне все эти «сиры» не нужны. Ненавижу это слово. Зовите меня Агис. Правда, это не настоящее мое имя. Это императорское имя, и мне уже следовало бы к нему привыкнуть. Ну ладно. Как дела, Гэри? Что у вас хорошенького произошло со времени нашей последней встречи?

– На меня дважды нападали, – сообщил Селдон.

Император, похоже, не понял, шутит Селдон или говорит серьезно.

– Два раза? – переспросил он. – Правда?

Селдон рассказал, как все было, и Император помрачнел.

– Не сомневаюсь, что, когда на вас напала шайка, ни единого офицера рядом не было.

Император встал и знаком приказал Селдону и Ванде сидеть. Он заходил по комнате, словно пытался справиться с охватившим его гневом. Наконец он резко повернулся и посмотрел на Селдона.

– А вот и не знаете! У нас нынче демократия. Знаете, что такое демократия?

– Готов поклясться, вы считаете, что это хорошо.

– А вот представьте себе, что я пожелал бы, чтобы улицы Трентора патрулировало большее число офицеров.