— Напишешь тысячу раз «Ваня, я тебя люблю». Алёна Шаурина». Ты же любишь писать от руки, вот будешь сосредотачиваться, будет тебе трудотерапия.

— Сколько раз написать? — выдохнула она.

— В самый раз. Следующий раз не будешь опаздывать.

— Слушай, все хочу спросить и забываю.

— А как ты меня тогда в клубе нашел? Специально искал?

— Нет. Ты была когда-нибудь на втором этаже в VIP-зале?

— Никогда. — Конечно, она не была на втором этаже! Туда просто так не попадешь.

— Там пол стеклянный.

— В смысле? — озадаченно проговорила Алёна.

— Там стеклянный пол и весь первый этаж как на ладони. Мы с Герой пили на втором, а ты со своей компашкой на первом.

— И ты какое-то время наблюдал за мной… Обалдеть, — выдохнула она, вспомнив зеркальный потолок, к которому так часто в тот вечер возводила глаза. Кто бы мог подумать…

— Ага. Не мог же я просто так нахально выволочь тебя из-за стола.

— Ой, — послала усмешку, — не мог он. — Тут Алёна хитро сощурилась. — Ваня, а когда ты решил на мне жениться?

— Как увидел, так и решил.

— Правда? — переспросила, не веря. — Как первый раз увидел, так и решил?

— Правда, — совершенно серьезно подтвердил Иван. — Увидел и решил: женюсь на ней.

— Не может такого быть.

— Еще как может. Чего бы я с тобой тогда возился? Не возился бы. Не хотел бы на тебе жениться, у нас в отношениях вообще не было бы проблем. Все ровненько, гладенько. И безнадежно.

— Это ж надо было мне так вляпаться… в любовь, — с улыбкой сказала она.

— Да, в любовь. — Он тоже улыбнулся и потянул ее к себе за руку. — Давай поцелуемся. Как женатики.

Как и предполагали Шаурины-младшие, сюрприз удался на славу. Вкусный ужин был хорошо приправлен удивлением, шутками, поздравлениями, радостью и немного возмущением. Сильнее всех была впечатлена Юлия Сергеевна.

— Нет, это уму не постижимо. Как ты мог?

— Юля, мне кажется, ты слишком драматизируешь, — все пытался успокоить жену Денис Алексеевич. — Расписались и ладно. И хорошо, что расписались. Свадьбу можно в любой день сыграть.

— Не в любой! — почти воскликнула женщина. — А как же торжество момента? А пустить слезу за счастье сына? Он лишил меня всего! Свадебного наряда, свадебной прически!.. И не только меня, — строго посмотрела на Ваньку. — И как только ты до этого додумался? Поверить не могу!

Алёна засмеялась. Наверное, Ваньку так даже в детстве не отчитывали.

— Юль Сергевна, у Ванечки богатая фантазия.

— О-о, да, — согласилась мать Ивана и глянула на мужа. — Или это ты ему подсказал? Реализовываешь на сыне свои несбывшиеся мечты?

— Юля, Юля, успокойся! Ну при чем тут я? Иван, уйми свою мать.

Иван все это время сохранял на лице насмешливое выражение. Наслаждался ситуацией и совсем не собирался испытывать муки совести хоть по какому-то поводу.

— Мама, — мягко сказал он.