— А я всего лишь отбивал свою собственность. Как говорится в газетах.

— А как оно на самом деле?

— У вас свежие шрамы на лице и на руках Евгений Михайлович. А еще вы прибыли в компании солдат. Уж простите, но такой человек едва ли будет «всего лишь» отбивать свою собственность. Пусть я и провинциалка, запертая в четырех стенах, но смогу отличить «золотого» мальчика, от мужчины, который привык работать руками.

— Не мне судить. Может, открыть окно?

— Как вам будет угодно.

Я отодвинул занавеску. Ставни заскрипели и с трудом поддались. В комнату тут же потекла прохлада.

Их чего, год не открывали? И в таких условиях Кречетов держит свою женушку, которая подарила ему наследника?

— Знаете, — проговорила Анна Павловна. — Я вам так завидую. Вы вольная птица, а вот мне сидеть сиднем в четырех стенах ужасно надоело. Бывает, когда совсем невмоготу, дождусь ночи и сбегу куда-нибудь в лес и гуляю-гуляю там! В одиночестве.

Я вгляделся в лес, который чернел за окном. Смеется она что ли?

— И вы не боитесь ходить одна? — обернулся я. — Говорят, что тут люди постоянно пропадают. Вы не слышали про леших и мимиков?

— Я могу себя защитить, — улыбнулась она и приподняла подол черного платья.

Ножки у нее была ничего — длинные, стройные, в черных элегантных чулках с бретельками. Прямо как у Герды. А вот на бедре блестели ножны с тонким стилетом.

— Я сомневаюсь, что кинжал сможет вас защитить от сталкеров или еще кого-нибудь похуже…

— Вы меня плохо знаете, Евгений. Я полна сюрпризов, — она опустила платье и поднялась. — Не хотите ли узнать каких?

И подошла ближе. От нее тоже пахло цветами, и у меня закружилась голова.

Тонкие пальцы потянулись к моей груди, но я взял ее руки в свои. Холодные и дрожащие.

— Простите, сударыня, но ваш муж все еще на этом свете.

— Моему мужу осталось недолго, — ничуть не смутилась она, делая еще шаг. — А вот вам… Перед вами все дороги открыты. Здесь так скучно вечерами, Евгений…

Она прижалась пышной грудью и рукой обвила мне шею. Стилет полетел на пол, а свечи сами собой потухли.

— Шла-шла по коридору, а потом… — проговорила Жанна слабым голосом. — Все как отрезало…

— Да уж, с нравом вашего папаши, недолго и на тот свет отправиться, — пробубнила Варя и встала. — Ладно, отдыхай. Сейчас придет ваш Захар и отнесет тебя в…

— Нет! Можно, мне побыть здесь?

— Зачем? — нахмурилась Варя и посмотрела на бледную девочку. — Ты чего-то боишься?

Жанна не успела ответить — ее вдруг скрутило судорогой, и она застонала.

— Где болит? — наклонилась к ней Варя.

— Жанна, все нормально? — дверь скрипнула, и на пороге вырос Захар.

В руках он держал устройство, похожее на то, по которому сама девушка разговаривала с отцом накануне.

Варя тут же растерла руки и приложила горящую зеленым ладонь к животу Жанны.