Аппетит у Петры мигом исчез, но она понимала, что надо что-то ему рассказать.

– Его имя граф ди Пуриери, и он желает меня.

– Мужчина с хорошим вкусом. Граф. Богатый и могущественный человек?

– И ваш любовник? – Он как ни в чем не бывало отправил в рот кусок рыбы.

Петра возмущенно на него посмотрела:

– Это случилось после того, как вы стали монахиней? – спросил он.

– Это вполне возможно. Но в таком случае вы должны были быть очень молоды для такой связи.

– Вы можете забыть о своих инквизиторских инструментах, сэр. Я готова рассказать все. По крайней мере столько, сколько вам нужно знать. Чему вы улыбаетесь?

– Ваши руки, – ответил он. – Вы много жестикулируете. Раньше вы не делали это так часто.

– В монастыре это не одобрялось.

– Но теперь появляется настоящая Петра д'Аверио. Как бабочка. – Он щелкнул пальцами, и его маленькая собачка подбежала, чтобы получить свой кусочек. – Эту породу называют бабочкой из-за больших ушей и отметины на мордочке.

– Я не бабочка, – возразила Петра.

– Но вы и не камень. Ешьте. Если вы в опасности, вам понадобятся силы.

Петра повиновалась, пораженная его способностью раздражать ее даже во время еды. Но еда была очень хороша, а Петра очень проголодалась. Она и не заметила, как съела всю рыбу.

Робин поменял тарелки и положил ей что-то вроде мясного фрикасе с овощами, но потом напомнил:

– Я знаю его почти всю свою жизнь. Он друг моего брата. Я вообразила, будто влюблена в него. Мы встречались тайно. Я была глупа. Вот и вся история.

– Ешьте, – снова сказал он. Когда она проглотила кусок, он произнес: – Наследник титула был неподходящей парой для вас?

Вот они и подошли к тому, что ей хотелось бы скрыть.

– Это я была неподходящей парой для него. Будучи молодой и глупой, я считала это незначительным препятствием, но это было заблуждение.

– Так вас поэтому спровадили в монашки?

– Я сама решила удалиться в монастырь, но да, одной из причин была настойчивость Лудовико. Он не мог жениться на мне, поэтому хотел, чтобы я стала его любовницей.

Робин перестал есть.

– Ваша семья не захотела вас защитить?

– Мой отец умер. Мой брат его друг.

– К тому же – мои извинения, если я обижу вас, – он шавка.

– Собака? – удивилась она.

– Собака может быть благородным животным. Шавка – самый низкопробный, порочный тип, которого следует пристрелить.

– А. – Петра съела еще кусочек нежнейшего мяса, наслаждаясь мыслью, что ее брат Чезаре – шавка.

– Но стены монастыря не защитили вас, – сказал Робин.

– На какое-то время защитили. Точнее сказать, защитила меня моя матушка. Видите ли, все это не имеет значения. Если Варци мне привиделся…

– Варци? – переспросил Робин, и Петра поняла, что впервые упомянула это имя.

– Это человек Пуриери. Его охотничий пес. Тот, которого он послал за мной.