Да и как можно доверять такому человеку? Тот, кто не может быть верен одной, не будет верен никому.

Она не хотела переходить на личности, но Робин сжал губы.

– Вы не женаты, – сказала она. Робин отодвинул тарелку.

– Итак, вы предпочли холодный монастырь горячему любовнику, но это не решило ваши проблемы?

– В монастыре мне было спокойно, а Лудовико женился. Я думала, проблема решена, но когда моя мать заболела… – Робин наполнил ее бокал вином, и она сделала глоток. – Матушка была уверена, что после ее смерти Лудовико найдет способ заставить меня покинуть монастырь, и придумала план.

– Ваш брат мог отдать вас в шлюхи своему другу, и миланское общество не стало бы возражать?

Неудивительно, что он поражен. Они подошли к вопросу, который она хотела бы скрыть, не столько ради собственной чести, сколько ради чести матери. Она задумалась над бокалом вина, но не видела альтернативы.

– Я незаконнорожденная, – сказала Петра.

– А-а. Приостановите на время свой рассказ. Мы закажем подкрепление.

Он позвонил в колокольчик, стоявший на столе, и слуга вернулся, чтобы убрать тарелки и заменить их сладостями и кофейным подносом. Робин отпустил его, щедро заплатив, и сам налил кофе. Петра смотрела, вдыхая аромат, зная, что кофе превосходного качества и отлично приготовлен.

– Неужели мы оба питаем слабость к кофе?

– У меня действительно слабость к хорошему кофе.

Она добавила три кусочка сахара и много сливок, сделала глоток и закрыла глаза, наслаждаясь волшебным напитком. Ее глаза распахнулись, а щеки запылали.

– Это лучший кофе, который я пробовала с тех пор, как покинула Италию. В монастыре его давали по большим праздникам, и то не самого лучшего качества.

Робин пристально смотрел на нее.

– У меня во всех моих домах есть человек, который может приготовить кофе даже еще лучше этого, – произнес он.

– Во всех ваших домах?

Он моргнул. Означало ли это, что он лгал? Или то, что он сказал, случайно приоткрыло правду?

Но потом он объяснил, на вид довольно непринужденно:

– Мой дом в Хантингдоншире и еще один в Лондоне. Я признался, что бываю при дворе, не так ли? У меня также есть кое-какая собственность в Вене, которая была в приданом моей матери.

– Понимаю. И все младшие сыновья так хорошо обеспечены? – Она снова сделала глоток и облизала сливки с губ.

Он смотрел на нее несколько мгновений, а потом сказал:

– Мы говорили о вашей семье. Я полагаю, вы дитя любви вашей матери?

– Да. – Она посмотрела ему в глаза. – Она была совсем молодой, когда это случилось. Моложе, чем я сейчас, хотя была уже замужем и родила двух сыновей.

Робин положил на ее тарелку фруктовый пирог – золотистое пирожное, наполненное чем-то красным и сверху обильно политое взбитыми сливками.

– Значит, она вышла замуж слишком юной.

– В пятнадцать.