Здесь не одобряют распутства, особенно на глазах подданных. Даже с мужем.

Я закусываю губу. Злые слова готовы сорваться с моих губ.

— Рауль, душа моя, я так долго жду тебя, — слышу я радостный голос с капризными нотками.

Красивая женщина в дорогом платье сбегает со ступеней замка и летит через весь двор к нам. Накинутая шубка спадает, оголяя плечи и грудь. Чёрные локоны как змеи спускаются на шею и грудь незнакомки.

Она падает в объятия моего мужа, отталкивая бедром меня, его законную жену. Покрывает поцелуями его лицо.

— Я теперь вижу, что в Северных землях действительно не одобряют распутства. Не так ли, муж мой? — говорю я елейным голосом. Разворачиваюсь и иду к замку.

До меня доносится голос мужа, в котором явственно слышится раздражение:

— Эбигейл, что ты здесь делаешь?

— Приехала к тебе. Я соскучилась, знаешь ли, — она не обращает внимания на недовольство Рауля.

— Ты приехала с мужем? — его голос сух, как листья осенью.

— Вот ещё! Нет конечно, — смеётся она, показывая ровные белые зубки. — Не хочу испортить встречу с тобой, любовь моя.

— А мне какого чёрта портишь мне свадьбу? — рычит Рауль.

— Да, ладно тебе! — отмахивается она. — Сам же говорил, что жена для тебя ничего не значит.

— Пойдём в замок, потом поговорим, — шипит Рауль, оглядывая двор яростным взглядом. Все делают вид, что заняты делами.

Прилипчивая Эбигейл впилась в руку моего мужа, как клещ.

Я наблюдаю за собственным унижением, словно бы со стороны. И это человек, который говорил мне о морали. Не знаю, как мне вести себя в подобной ситуации.

Что обычно делают жёны, когда их прилюдно унижают? Вцепиться в волосы любовницы, как базарная торговка? Так, я себя перестану уважать. Сделать вид, что меня это совершенно не трогает. Пожалуй, самый лучший выход. Главное — не расплакаться. Уйти к себе и привести себя в порядок.

Смотрю на приближающуюся парочку презрительным взглядом. Усмехаюсь в лицо мужу. Разворачиваюсь и иду прочь от них.

— Не так быстро, дорогая! — Рауль хватает меня за руку и не даёт уйти.

— Это вы мне? — демонстративно смотрю на руку, которая удерживает меня. — Мне кажется, что вы меня с кем-то перепутали.

— Эйвис, не дури, — муж говорит ласково. Отчего я вообще впадаю в ступор.

Что за странности в поведении? Может у него больная психика? Надо расспросить Джейкоба, не было ли у них в роду душевнобольных.

— Я не хочу сейчас обсуждать ваше поведение, — и ехидно добавляю. — муж мой.

Каюсь, не удержалась. Да и кто бы удержался на моём месте? Покажите мне эту святую женщину.

Ледяным взглядом смотрю в упор на Эбигейл. Перевожу взгляд на её руку, которая вцепилась в руку моего мужа.

Она правильно всё понимает, и убирает руку.

— О, Рауль, а жёнушка-то у тебя показывает зубки, — подкалывает она.