— Это ты всегда усложняешь. Пусть он сначала узнает тебя — нежную, любящую и только потом будешь говорить, любит или не любит, — подмигнул мне брат.

— Он написал мне письмо, где сообщает, что я не смогу заставить его полюбить меня, — делюсь с братом тревожащими меня словами.

— Эйвис, ты словно ребёнок. Что ты носишься с этой любовью. Она как редкий цветок. Посади семечко симпатии. Поливай доброжелательностью, удобряй верностью. Вот и получишь свою любовь.

Я не люблю герцога! Скорее смирилась с тем, что когда-нибудь буду его женой.

А вот он не смирился! Тогда почему, я его обвиняю в том, чего сама не могу пока дать?

Отец прав! За своё нужно бороться. Мой муж Рауль Ренделл и другого у меня не будет.

Я другими глазами смотрю на брата.

— Спасибо тебе, Леон! Ты, как всегда, прав. Я целительница, а он воин. Вот я и исцелю его душу любовью.

— Умница! Только для этого нужно полюбить самой. Не отвергай того, кого ещё не узнала.

И вот через месяц я прибыла в Северное Пограничье.

Меня в пути сопровождал родственник моего будущего мужа Джейкоб Ранделл.

Мы сделали привал лесу возле замка. Я тщательно подготовилась к встрече. Надела чистую одежду, уложила волосы в замысловатую причёску, которую показала мне горничная перед отъездом. Моя неприязнь к наследнику герцога не повод появиться перед ним неряхой. Наоборот, я должна появиться перед ним ослепительно красивой. Сразу дать понять, что я не буду вымаливать его расположение как милостыню. Мою любовь надо заслужить.

Мы въехали во двор замка. Остановились напротив входа. Старый герцог Ренделл не встречает гостей. Он прикован к постели.

Нам на навстречу выходит мой будущий муж. Скользит по мне равнодушным взглядом. Поворачивается ко мне спиной, обращаясь к дяде:

— Дорогой дядюшка, как добрались? Очень рад вас видеть.

Подчёркнуто игнорирует меня. Можно подумать, он мне нужен в мужья. Проклятые законы. Ну, почему я не родилась обычной девушкой? Угораздило же меня получить дар целителя в наследство от бабушки. Теперь буду мучиться с этим мужланом.

Во мне начинает закипать злость. Только открываю рот, чтобы поставить жениха на место, как вспоминаю слова мамы: «Эйвис, чтобы не происходило, держи себя в руках». Делаю глубокий вдох, выдох. Соберись, Эйвис! Улыбка на лице, спокойствие в голосе.

— Приветствую вас, Рауль Ренделл. Вы, видимо, не заметили меня? — в моём голосе столько патоки, что можно заработать диабет.

Он резко повернулся ко мне. Глаза сузились.

— Я вас прекрасно видел…

— Хвала покровителю Воинов, — перебиваю его, — я уже думала, что у вас со зрением неладно. Вам повезло, что берёте в жёны не простую девушку, а целителя. Я сумею излечить все ваши хвори.

Джейкоб хмыкнул, стараясь подавить смех. Рауль сжал кулаки.