Девочки не могут не видеть, насколько напряжена Елена, которую они обе уважают, как спивается Артем… Оля… Она очень расстроена из-за смерти матери, но ты знаешь, я много раз отмечала, что девочке за нее мучительно стыдно. Да, я уверена, что про предательство написал кто-то из них. Выкидывай эти записки. Они не имеют отношения к совершенному преступлению. Ребенок не смог бы спланировать такое хитроумное убийство, не говоря уже о том, что у девочек не было мотива его совершать.

Теперь перед сыщицами лежали на столе восемь записок, в том числе и та, что ставила во главу угла исключительно деньги.

Кают-компания постепенно начала наполняться народом, Марьяна посмотрела на часы и обнаружила, что приближается время ужина. Стюард Дима уже вовсю накрывал столы, чего они в угаре своего расследования даже не заметили.

— Ладно, чужие уши нам пока не нужны, — с легким сожалением в голосе сказала Галина Анатольевна. — Собери записки и спрячь в карман, будь добра. Только знаешь что, дай я возьму вот эту, кое-что проверю.

Марьяна с интересом посмотрела, какой именно листок бумаги понадобился ее компаньонке.

«Человека убивает подлость. Иногда чужая, но чаще всего — своя. Отравляет собственным ядом, от которого пока так и не придумано противоядие», — было написано на нем. Зажав листочек в руке, Галина Анатольевна уверенным шагом двинулась к вошедшей в зал бледной Елене Михайловне, обнимающей за плечи заплаканную Олю. Коротко о чем-то спросила, показав листок."

"Хоть это и казалось невозможным, но Елена побледнела еще больше, подтолкнула Олю к столу, что-то коротко сказав, повернулась, посмотрела Галине Анатольевне прямо в лицо и, не отрывая глаз, кивнула.

Марьяна поняла, что записку про подлость и внутренний яд написала именно она. Понять бы еще, имело ли это отношение к убийству Маргариты Репниной?

* * *За ужином царила мрачная и гнетущая атмосфера. Елена Михайловна пересадила Олю и Тоню за свой с Григорием Петровичем столик, вежливо попросив Марьяну уступить свое место. Естественно, что спорить Марьяна не стала. Ласково улыбнувшись девочкам, она направилась за их бывший столик, за которым уже сидели Полина и Быковский, однако Галина Анатольевна быстро внесла в эти планы свои коррективы.

— Марк, — непререкаемым тоном сказала она. — Пожалуйста, пересядьте туда вы, а мы с господином капитаном приглашаем Марьяночку к себе.

Олег от этих слов чуть было не закашлялся, но тоже спорить не стал, сделав приглашающий жест. Пунцовая от смущения Марьяна скользнула на мягкий диванчик и виновато посмотрела на вскочившего Марка, спешно собиравшего свои столовые приборы. Тот только рукой махнул, чего, мол.

Теперь за каждым из столиков сидела сложившаяся по интересам компания.