Млада кивнула и, пропетляв коридорами, вышла из темниц. В дверях почти столкнулась с вернувшимся на пост часовым. И как Бажан будет отговариваться? Едва не срываясь на бег, она вернулась в свою светлицу, покидала вещи в дорожный мешок, накинула на плечи тёплый плащ. Но на последок остановилась и ещё раз окинула взглядом горницу, которую, возможно, больше никогда не увидит. Даже мельком посмотрела на следы от кинжала на двери. Не в тот ли день всё пошло наперекосяк?

Впрочем, толку об этом горевать сейчас. Млада закинула мешок на плечо и вышла.

Ей повезло: стражников на пути из замка не попалось. Млада как можно тише вышла на улицу. И тут же плечи запорошило снегом. Он сыпал так же густо, как и утром, и в его прозрачном потоке словно тонули все звуки. Время от времени косясь в сторону дома и дальних ворот детинца, Млада дошла до канализации. Бажан уже стоял там. Где-то он раздобыл тулупы и плащи с капюшонами для Зорена и Веданы: те стояли рядом, почти теряясь за могучей спиной воеводы. Да и кое-какой снедью он их, видно, отяготил — туго набитые, потёртые дорожные мешки висели у каждого на плече.

— Надеюсь, нам не придётся об этом пожалеть, — негромко проговорил Бажан, отодвигая решётку. — Ждите меня у моста до рассвета — помнишь? Я постараюсь выйти ещё до того, как откроют ворота.

— Помню. Ты только выбирайся, воевода, — Млада попробовала ободряюще улыбнуться старику.

Бажан скупо улыбнулся в ответ и махнул рукой на колодец. Пропустив Зорена и Ведану вперёд, Млада спустилась за ними. Теперь она загодя прихватила с собой тряпицу, которую и повязала на лицо, чтобы не так задыхаться от смрада городских стоков. Подняв над головой факел, что дал Бажан, она пошла тем путём, которым когда-то преследовала арияш, стараясь держаться с той стороны канала, где помельче. Парило, отчего становилось душно. Лоб холодила испарина и застёгнутый под горлом плащ раздражал шею. Тихо текла мутная жижа, в свете факела отливая металлом. В тени то и дело мелькали крысы.

Ведана звонко вскрикнула, едва не наступив на одну из них. Всхлипнула и отшатнулась к идущему за ней Зорену.

— Молчи! — шикнула на неё Млада. — Или последним местом, которое ты увидишь, станет эта канализация! Стражники быстро набегут.

Ведана прикрыла рот ладонью и закивала. Так-то лучше.

На знакомой развилке повернули налево, и ещё долго шли в тишине и полумраке. Иногда сверху через отдушины слышались голоса часовых на улицах или скрип снега под шагами редких прохожих, что не торопились ложиться спать, хоть время уже шло к утру. Заря потихоньку расходилась, и вдоль канала на камни упали бледные пятна света. Казалось, проклятой червоточине не будет конца. Но впереди наконец показался зарешеченный выход.