Лишь бы кто-нибудь не успел расправиться с ним раньше. Охотников больно уж много, и нельзя сказать наверняка, все ли обиженные Зореном воины смогут удержаться от убийства. Даже можно было предположить, кто способен это сделать в первую очередь.

Кирилл пытался не смотреть по сторонам. Хотя и так было понятно, что воинов погибло много. А сколько ещё раненых, которые теперь так же, как и он сам, не знают, доживут ли до завтра. Каково им сейчас? Страшно? Или они чувствуют такое же странное безразличие, словно после обычного пореза ножом?

Но как же всё-таки много погибших.

Снега не было видно из-за тел людей и лошадей, покрывающих его почти ровным слоем. И если бы там были только кочевники… Отроки, оставшиеся позади войска, которым было поручено выискивать тяжело раненых, метались по лагерю, вдвоём, а то и втроем поднимали воинов с земли. Оттаскивали их в сторону. Другие суетились, перевязывая лёгкие раны на ходу. Мальчишки молодцы, не растерялись и чётко выполняли порученную им задачу.

Кирилл перешагивал через тела, стараясь не разбирать пока, кто из них — его воин, а кто — вельд. Навстречу ему шли вереги, и любой разумный человек, который сейчас попался бы им на пути, поспешил бы убраться подобру-поздорову.

Но, знать, уже схлынуло с них боевое безумие, или воля их предводителя была настолько сильна, что могла держать их в узде. Они не смотрели по сторонам, будто впереди их ждала единственно важная цель, которой непременно нужно достичь. Самые сильные придут в себя уже к утру, а пока всем стоило по-прежнему их сторониться. Хальвдан шёл впереди своих ватажников. На его лице не отражалось ничего, кроме мрачного стремления скорее дойти туда, куда он уставился неподвижным взглядом. Верег словно ещё не сбросил с себя остатки боевой горячки и мало что замечал кругом. Секира, крепко зажатая в его руке, даже слабо не поблескивала, покрытая слоем запекшейся крови. Да и лицо воеводы было немногим чище. Он словно вышел из самого Пекла, где встретился с воинством тёмных Богов и выстоял.

Зная, что может и не получить ответа, Кирилл всё же решил его окликнуть:

— Эй, Хальвдан! Всех тварей перебили?

Верег не сразу очнулся, но повернулся в сторону Кирилла и остановился.

— Мы не победили бы.

Но в какой-то миг они просто ушли обратно в свои болота. Ты цел? — прохрипел он и, озираясь, потёр запястьем лоб, а затем отдал короткий приказ своим людям. Те пошли дальше, оставив своего вожака.

— Вроде, да, — повёл плечами Кирилл.

Он по-прежнему не хотел никому говорить о своём ранении, хоть оно доставляло ему всё больше беспокойства. То охватывал его озноб, то бросало в жар. И по руке начали расползаться такие же тёмные прожилки, которые были вокруг ран Млады, когда её привели полумёртвую.