Мейсон и СиСи остались на крыше. Проводив взглядом задержанного, Си повернулся к сыну:

СиСи бросил на сына оценивающий взгляд и с заметным удовлетворением сказал:

— Ты становишься все больше похож на меня.

Мейсон ничего не ответил на слова отца. Он медленно прошел по крыше, запахивая полы пиджака. Подняв голову к небесам, Мейсон задумчиво произнес:

— Прохладно. Я бы сейчас выпил чего‑нибудь.

СиСи понимающе кивнул.

Мейсон остановился у козырька крыши и посмотрел вниз. СиСи уже не беспокоился, он был уверен, что его сын больше не станет делать никаких глупостей.

Так оно и произошло. Вернувшись назад к отцу, Мейсон грустно сказал:

— Ты знаешь, Марка увезли, а мне совершенно не стало легче, и наверное, уже никогда больше не легче.

Его губы вдруг задрожали, на глаза навернул слезы. Чтобы не показываться в таком виде отцу, повернулся к нему спиной. Закинув голову к небесам, он тихо прошептал:

— Без тебя, Мэри, не будет никогда, никогда.

СиСи тихо подошел к сыну и положил ему руку на плечи:

— Пойдем, — негромко сказал он, — нам пора, уже слишком поздно.

Мейсон смахнул навернувшиеся на глаза слезы и медленно зашагал к выходу вместе с отцом.

В дверях СиСи на мгновение задержался и снова окинул взглядом опустевшую крышу. Слишком многое здесь напоминало о трагических событиях. Стараясь поскорее избавиться от неприятных ощущений, связанных с этим, СиСи шагнул через порог и закрыл за собой дверь. Лишь свежий ветер и небольшие лужи на крыше напоминали о множестве бурных событий, происшедших в атмосфере за этот день. Не менее бурными были и те события, которые произошли на земле…

Был уже полдень, когда Тэд открыл глаза.

Хейли мирно спала рядом с ним в постели. После бурно проведенной ночи они так устали, что проспали все свете.

Тэд наклонился над мирно спавшей любимой я приложил руку к ее шее. От нее, как от ребенка, пахло парным молоком. Тэд увидел на ее шее следы своих недавних поцелуев. Он мягко улыбнулся и прошептал ей на ухо:

Она промычала что‑то сквозь сон и отмахнулась. Тогда Тэд еще раз наклонился над ее ухом я на этот раз громко сказал:

— Подъем! Пора вставать.

Хейли беспокойно заворочалась на кровати и, с трудом открыв глаза, недоуменно посмотрела на Тэда:

— Что такое, в чем дело?

Он радостно улыбался:

Хейли спросонья протерла глаза и, приподнявшись на локте, посмотрела на стоявшие у кровати на крышке небольшого комода часы.

Время ухе перевалило за полдень.

Глаза Хейли вначале расширились от ужаса, затем она вскочила на постели и завизжала:

— Уже полдень, Тэд! Мы все проспали!

Тэд изобразил на лице гримасу притворного ужаса:

— Какой кошмар! — воскликнул он, беспокойно вертя головой. — Представляю, как нам влетит на радиостанции.