Марина выключила телевизор и посмотрела на Розана:

– Как тебе понравилось это «давно находится в состоянии развода»? Мы с ним вроде никаких официальных бумаг пока не подписывали. И надо будет спросить при встрече у господина Малышева, кого конкретно он мобилизует на борьбу со мной, и почему он так мелко взялся – в городе. А чего бы на регион и страну не замахнуться борцу с преступностью? Урод… – процедила она.

– Да не бери ты в голову, не свяжется он с тобой. Он ведь не дурак и понимает, что ему тогда Строгач живо кислород перекроет – ты ж его любимица, он ради тебя кого хочешь на место поставит.

– Знаешь, Серега, что-то подсказывает мне, что Егор об этом и сам не знает, – задумчиво сказала Марина, вертя в пальцах зажигалку. – У меня как-то не складывается: только что он звонил ночью, орал – вернись, я все простил, вернись только, а потом вдруг такое заявление. Логики нет, а Малыш в этом силен, в логических построениях. Вывод один – эта лахудра меня провоцирует на военные действия. Но я не поведусь на ее провокации.

– А Малыш как же?

– Я не стану бороться в грязи за мужика, это для меня как-то вшиво. Но город не уступлю, даже Малыш не заставит. Да, Серега, вели-ка всем пацанам, чтобы были предельно осторожны и внимательны – нас сейчас менты трясти начнут, к бабке не ходи. И каждый, кого заметут хоть на мелочи, меня подставит.

– Я понял, сам проконтролирую. А мне сдается, что эта ушлая мартышка могла сама ту аварию организовать. А что? Наняла каскадера, тот разложил все, как надо, а свалили на тебя.

– Не срастается, – отвергла Марина, покачав головой. – Егор очень осторожен в выборе водителей, Вовка с ним еще до меня был, лет шесть, наверное.

– А я бы проверил.

– Опять?!

– Да не лезу я, просто не пойму, чего ты упираешься. Докажи, что эта крыса тебя подставила, и Малыш на брюхе приползет, сапоги твои облизывать будет, – уговаривал Розан."

"– Мне это не нужно, – отрезала она жестко. – Я ничего не стану доказывать. Ему сорок два года, пусть живет, как хочет.

– О себе подумай, – посоветовал Розан. – На тебе лица нет, ты переживаешь, я-то вижу. Не узнаю тебя, Коваль, ей-богу – дай сдачи, ведь ты это умеешь, как никто!

– Чтобы дать сдачи, нужно хотеть. А я не хочу!

Розан плюнул и ушел к себе, взбешенный ее упрямством, а Марина рухнула спать.

Назавтра офис Коваль перевернули менты, устроив там обыск и допросив всех сотрудников поголовно. Она сама приехала как раз к финалу, когда все было вверх дном, а зареванная секретарша Ольга давала какие-то показания.