— Но наше небесное испытание только началось. Возможно, ближе к концу ты даже начнёшь говорить правду…

— Хорошо, я и правда убил их! И они не нападали на меня! Но у них было нужное мне сокровище: пузырёк с кровью зверя зарождающейся души!

— Это была кровь комариной твари! Я видел, как они сцедили немного во время битвы!

— Значит, они украли кровь?

— Да, это были воры! — ухватился за подсказку демон. — И я помог господину покарать их по заслугам!

— Звучит довольно убедительно, но нет…

На этот раз практик успел создать щит, погасив большую часть заряда, и мне пришлось повторить удар, чтобы не смазывать воспитательное действие.

— Попробуешь ещё разок?

— Вижу, господину нравится издеваться над стариком. — прорычал Мо Ин. — Нас, демонических практиков, всегда притесняли!

— Куда ты дел трупы, жертва дискриминации?

— Положил в кольцо, а потом закопал под каким-то камнем! Я покажу!

— Почему ты убил их?

— Потому что я демон. Убивать — часть нашей природы!

— Пятый! — приподнялся на локте старик. — Это был пятый удар! И если я выдержу все тридцать шесть, ты должен меня пощадить!

— Вижу, ты не разучился считать. Но что-то мне кажется, что я бил тебя слишком слабо…

— Ну, расскажешь, за что их убил?

— Расскажу, если ты уменьшишь количество молний вдвое!

— Тогда… ты правда согласен? Хорошо, этот старик скажет правду! Я хотел совершить прорыв, но мне требовалась не только ци, но и кровь. Сильная кровь, несущая в себе древнюю родословную, и у женщины как раз оказалась подходящая…

— И ты решил нарушить мой приказ и убить их.

— Они оба держались в стороне от других, и я решил, что их смерть останется незамеченной. Тем более ты и сам сказал, что кто-то может сбежать! Я сразу понял: это возможность!

— Ты мог попросить у меня немного крови.

— Я ошибся, господин. — заплакал старик. — Прошу, сжальтесь и дайте мне шанс искупить вину. Я достиг поздней стадии ядра и, с вашей помощью, рано или поздно смогу сформировать зарождающуюся душу! Я буду верен, я буду полезен, я…

Пожалуй, если бы Мо Ин сразу признался и склонил голову, то ещё могли быть какие-то варианты, то теперь я не могу позволить себе милосердия. Возможно, преступление ещё можно было простить, но вот глупость снисхождения не заслуживала. Наказание должно быть суровым и показательным…

— Небо глухо к молитвам!

— Повелитель Хань, я верно служил Династии! — взмолился старик. — Я был предан вам! Неужели вы позволите мне умереть только потому, что я убил парочку ничтожеств?

— Заткнись и сдохни, ничтожество.

— Смилуйся, господин, я умираю! — вновь обратился он ко мне. — Я не выдержу восемнадцати ударов!

В этом он был прав — столько ударов он действительно бы не выдержал, как не выдержал бы и одного, бей я сразу в полную силу. Но мгновенная смерть не принесла бы пользы.