Опрокидываю в себя стакан за стаканом, пытаясь хоть чуть-чуть заглушить эти мысли. Я не знал. Но если бы знал… Если бы Мира знала… Она ясно дала мне понять, что не связала бы жизнь со мной, если бы заранее была в курсе об «ущербных генах». И это чертовски больно!

— Давайте, красавицы, поднимите моему другу настроение! Видите, совсем раскис. Молодой, красивый, богатый… а почему-то грустит! Непорядок, да?

Только когда на бархатный диван рядом со мной приземляются две полуголые девицы, до меня доходит, что Равиль говорил обо мне.

Брюнетка с пышной грудью сходу пытается закинуть на меня свою длинную ногу, но я лишь машу на нее рукой, как на назойливую муху. Мне бы с одной женщиной разобраться, а тут сразу две.

— Равиль, — рявкаю на него, понимая, что мой протест девушки не воспринимают. Ну не пинать же мне их, в самом деле. А вот другу я и врезать могу. Нашел время!

— Ну чего ты заводишься? — Невозмутимо интересуется он. — Тебе надо немного расслабиться.

Расслаблюсь я после того, как решу проблему. Мире нельзя рожать. Категорически. Я люблю ее. Несмотря на все те жестокие слова, что она мне сказала сегодня, я безумно ее люблю. Я не могу дать ей страдать. Не могу дать пройти через тот ужас, что пережила моя мать. Это ее убьет… Мира этого не заслуживает. Абсолютно.

Я слишком, черт возьми, сильно ее люблю, чтобы это допустить. А значит мне нужно как-то ее уговорить послушать врачей. Убедить, что это единственно правильное решение. Тяжелое. Жестокое. Крайне несправедливое. Но к сожалению, единственное.

На какое-то время я даже выпадаю из реальности, прокручивая в голове предстоящий разговор с женой. Но слова не клеятся, а мысли разлетаются, словно блохи. То ли алкоголь заметно тормозит мое красноречие, то ли все дело в том, что просто не существует легкого способа убедить супругу в своей правоте. Найти лучших врачей. Чем больше мнений у нас будет, тем лучше.

Устало тру веки и с отвращением оглядываю пространство вокруг себя. Какой-то гротескный рассадник порока с полуголыми девицами и бритоголовыми братками, лапающими их за зад и другие части тела. Что я, черт возьми, здесь делаю? Надо идти домой и пытаться спасать свою семью. Пока еще не поздно…

Несмотря на музыку, долбящую прямиком в барабанные перепонки, я четко слышу ее тихий голос. Верчу головой и без труда выискиваю до боли знакомый силуэт в толпе.

В своем белом платье с кружевными оборками Мира слишком явно отличается от основного контингента в этом баре. Застыла посреди хаотично движущихся тел и в немом шоке смотрит на меня. Хотя нет… скорее не на меня, а на вульгарную полуголую брюнетку рядом со мной.

Люди вокруг меня начинают оборачиваться. Я прекрасно осознаю, что заметно отличаюсь от основного контингента.