– Не думаю, что нога сломана, – Джеймс уступил место Рэму, который занялся лодыжкой сестры. Глаза Джеймса избегали встречаться с вопросительным взглядом Иден.

Рэм согласился с этим выводом и отошел, давая Джеймсу возможность помочь Карине занять место в седле.

Леди продолжали путь верхом, а джентльмены – пешком, ведя лошадей под уздцы. Рэм на руках отнес Карину в дом, где ей было оказано должное внимание. Ногу перевязали, вызвали врача. Джеймс вертелся неподалеку, утешая себя единственно тем, что Карина, за все пребывание в доме Хендерсонов, не будет ни с кем другим ни танцевать, ни кататься верхом.

Иден посмотрела на озабоченного брата, потом на мужа и улыбнулась:

– Итак, она была права. Он действительно оказался у ее ног.

– Только не рассказывай мне о крысах, жрущих наше зерно! – Гаскелл отмахнулся от Терранса и прорычал: – Найди каких-нибудь не очень дохлых кошек и оставь меня в покое!

Управляющий продолжал идти к хозяину через двор, но Гаскелл, сидевший на низкой каменной ограде, сделал недовольное лицо и отвернулся.

– Это… – Терранс, тяжело дыша, тащил толстую учетную книгу, – не крысы, а браконьеры.

– Жрут зерно? – внимание Гаскелла привлекла белокурая Анни, идущая с ведром к колодцу, призывно покачивая бедрами.

– Нет, они орудуют в лесу, – Терранс вздохнул. – Когда вы уехали, я поручил Тэссу и Роберту присматривать за лесами. Даже сегодня днем они поймали на месте преступления двух мальчишек Маклинтов – те были просто увешаны птицами. Вы можете сами взглянуть, милорд.

– Маклинты? Пусть этим займется Рэм. У меня нет желания, – Гаскелл почесывал бороду, в глазах сверкал огонек.

– Лейрда Рэма нет, они с миледи уехали еще утром, прихватив корзинку с едой. И не сказали, когда вернутся, – Терранс скрестил руки на груди, прижав к себе книгу. Когда раздался громовой голос Гаскелла, он даже не сразу вздрогнул.

– Помилуй нас Господь! Опять! Делает ли эта парочка что-либо еще? Только милуются и воркуют! – огонек в его глазах стал ярче, когда Анни глянула на него с надеждой. Гаскелл осклабился, Анни быстро кивнула, стоя в проеме кухонной двери. – Это ненормально, Терранс, быть околдованным собственной женой. Не годится. У мужчины есть и другие обязанности. У нас в Эдинбурге проблемы, нужно что-то делать. Он же тыкается носом в груди жены и слушать ничего не хочет. Ненормально, Терранс. У Барклеев уже есть проныра-адвокат, весь магистрат наверняка пасется в кармане Ангуса. У нас осталось только две недели до слушания дела.

– Милорд, все будет хорошо, – фраза прозвучала фальшиво, Терранс был обеспокоен не меньше хозяина. – Лейрд Рэм всегда выходил победителем. Так будет и сейчас.