Вдалеке я заметила двух женщин, одетых в черное, как будто на похороны. Но они шли быстро, держа в руках зажженные факелы. Сердце у меня упало. Потом я увидела мужчину, тоже в черном, с зажженным факелом в руках. Это было еще хуже. Мне стало страшно, внутри все опустилось. Я вспомнила окончание «Франкенштейна», когда горожане собираются сжечь замок и выкинуть из дома бедного Фрэнки. Только на сей раз толпа была поменьше. Я не могла поверить, что дошло до этого. Мне уже чудился дым.

— Нет! — закричала я, но тот человек уже завернул за угол, к воротам.

Самое мрачное мое воображение не могло предсказать того, что я увидела. Маленькая толпа горожан собралась напротив особняка, причем все были выряжены в черное, на вампирский лад. Мне показалось, будто я надела солнцезащитные очки, но радостная Беки, напротив, так и сияла. Она всячески пыталась убедить меня в том, что все идет как надо.

Вскоре и мне стало ясно, что народ, толпившийся перед особняком, вовсе не злобствует, а скорее веселится. Это несколько успокаивало, но все я поняла лишь тогда, когда я увидела на открытых воротах баннер, мигом расставивший все по местам: «Добро пожаловать, соседи».

— Лучше поздно, чем никогда, — сказала Беки.

С ворот также свисали красные вымпелы. На лужайке горели факелы и освещали холм.

— Эй, девчонка, иди сюда! — крикнул кто-то, когда мы с Беки подошли к толпе.

Я обернулась. Это была Руби. Она была одета в плотно облегающее черное синтетическое платье. Эротичные сапоги-чулки того же цвета доходили до середины бедра.

— Знаешь, Рэйвен, благодаря этому наряду я уже заполучила ухажера. Ты ни за что не поверишь, но это дворецкий! Он пригласил меня на свидание! Каково?

Она хихикнула, как смешливая школьница, поглядела в зеркальце и вспушила волосы, окрашенные в черный цвет.

— Он, конечно, далеко не мальчик, но еще о-го-го!

Судя по внешнему виду Руби, она слетала за своим прикидом в Париж, зато теперь даже ее белый пудель красовался в черном ошейнике с заклепками и черном же собачьем свитере.

Это была Дженис в черном мини и армейских ботинках.

— Как по-твоему, это мой цвет?

Она показала мне ногти, покрытые черным лаком.

— Любой оттенок черного, это то самое, что надо! — сказала я.

— Я пыталась предупредить тебя, чтобы ты не приходила на Снежный бал, — быстро начала Беки, когда мы шли по подъездной дорожке. — Но Тревор стал шантажировать меня, и я струсила. Ты меня всегда выручала, а когда от меня потребовалась помощь, я подвела. Ты когда-нибудь простишь меня?

— Да ладно. Я сама виновата, настолько увлеклась своими переживаниями, что в упор не слышала предупреждений. Главное, теперь ты привела меня сюда. Я рада, что ты избавилась от чар Тревора.