Вцепилась изо всех сил, вцепилась так, чтоб он не мог пошевелиться, не мог от меня отпрянуть или оттолкнуть, мои пальцы скрючились и дрожали, а его штанина мгновенно стала мокрой от моих слез.

– Пожалуйста, заклинаю, умоляю, сделайте что-нибудь…вы ведь такой хороший, такой умный, такой…Прошу вас, Карл Адольфович…я люблю его, я так сильно и безумно его люблю, что готова на все. Прошу вас…Ведь есть какой-то выход…вы ведь можете придумать. Умоляююю…

Он просто оторопел. Вытянулся в струну и застыл словно изваяние.

– Не рви мне душу, дочка.

Хрипло, срывающимся голосом.

– Представьте, если бы я ею была…если умоляла вас, как отца. Дайте увидеть…дайте хотя бы издалека.

– Ты не понимаешь, о чем просишь.

– Заклинаю! Я умираю…мне кажется, что я живу под землей, в могиле и больше не вижу света. Мне кажется, я в вечной темноте или ослепла, потому что не знаю, как жить без него дальше.

Смотрел на меня долгим взглядом сверху вниз, потом поправил очки. Он о чем-то думал. Напряженно, с борьбой, с внутренним апокалипсисом, который отразился на его лице и запутался между седых косматых бровей, которые сошлись на переносице его длинного и крючковатого носа.

– Ты можешь отправиться к нему только в одном качестве…и то нет гарантии, что он этого захочет и не отправит тебя на хер.

Сказал и резко выдохнул, словно сожалея о своих словах. Словно понимая, что лучше бы он этого не произносил, и обратно этих слов теперь не вернуть.

– В качестве дорогой элитной шлюхи.

Кровь отхлынула от лица и заставила сердце бешено заколотиться. Я могла ожидать чего угодно, только не этих хлестких и в какой-то мере очень страшных слов.

– Согласна? Если не выберет…пойдешь ублажать другого мужика. У Петра там право первого. Если не захочет, ты будешь подстилкой любого морального урода, который заплатит за твою дырку. И что он с тобой сделает, неизвестно никому.

Судорожно сглотнула и стиснула пальцы. Сердце бешено колотилось, и в горле пересохло так, что хотелось закашляться, но и на это не было сил. Я вся превратилась в каменное изваяние.

– Да, по любой причине можешь стать девкой другого. Иногда проституток меняют местами. Это риск. Это настолько огромный риск, что я говорю тебе это прямо сейчас. Так, чтобы ты знала. Ты сейчас будешь играть в русскую рулетку, и мы не знаем, не выстрелишь ли ты себе в голову.

– Я…я готова на любые риски. Как…как это происходит? Что я должна сделать?

Поднял меня за локоть с пола и усадил на стул.

– Зарегистрирую тебя в агентстве, которое поставляет девочек зэкам. Не просто отморозкам, а элитным влиятельным людям, которые по той или иной причине оказались за решеткой. У них есть достаточно денег, чтобы баловать себя всякими ништяками. Начиная от сигарет и мобильника, и заканчивая наркотой, шлюхами и даже сауной.