"Боги, пиво и дурак. Том 8

Пролог

По утреннему городу, громко цокая подковами, мчалась странная группа всадников.

Впереди мчал однорукий человек в черных одеждах. Следом — несколько женщин и мужчин, одетых, как воины. Позади ехала кошка, не скрывая от посторонних глаз ни ушей, ни хвоста, и безногий старик, привязанный веревками к седлу. На длинном поводке он держал жуткое существо с маленьким женским тельцем и на паучьих ногах. Существо ловко перебирало ножками, хриплым голосом напевая похабную песенку, и крепко обнимало обеими руками пузатую винную бутыль.

А в хвосте этой странной кавалькады бежала на четвереньках зеленая панда. У нее на спине, выпуская из задницы развевающуюся блестящую паутинку, сидел лупоглазый уродец, радостно крутил попой и тявкал от восторга, как какая-нибудь болонка.

Прохожие при виде них шарахались в стороны. Стражники озадаченно оборачивались, пытаясь понять, не нужно ли вмешаться и остановить этих людей. Или ну бы их от греха подальше?..

Яркий луч света вдруг полыхнул от земли вверх, в недавно проснувшееся голубое небо. Его сияние, смешавшись с солнечным светом, разлилось по небосклону, превращая в ослепительное золото всю его гладь.

Стражники изумленно поднимали головы вверх, разинув рты. Горожане хватались за головы, не зная, к худу или к добру это знамение.

И лишь группа странных даже не сбавила хода. Будто и не было ничего удивительного в золотом небе, и их личные дела являлись чем-то куда более важным, нежели это пугающее чудо.

А потом им в спины ударил ветер — мощный, резкий, как удар кнута. Хвосты и гривы коней вздыбило вверх, деревья жалобно заскрипели. Чья-то корзина покатилась по мостовой, вырванная из рук.

И только тогда всадники сбавили ход.

Их однорукий предводитель встревоженно обернулся, и в этот самый миг солнце померкло. Чернильно-фиолетовая мгла, разъедая ослепительное золото, заволокла светило, и оно застыло на солнечно-желтом небе мрачным пятном.

Стало пронзительно тихо. Ветер умолк. Люди замерли. Казалось, сейчас даже звук глубокого дыхания прозвучал бы слишком громко.

— Твою мать! — шепотом ругнулся вдруг однорукий. — Мы же про Лёхиного парня в винном погребе забыли!..

И в тишине дневной в подвале «Жареного Лося» в эту минуту кто-то негромко простонал:

— Э-э-ээээ!..

Глава 1

Возвращение на родину

Я всем прикладом ударился о землю — влажную после дождя, покрытую высокой травой и, чтоб ее черти побрали, крапивой.

Это было больно.

Черт возьми, почему я вечно после перехода падаю? Что за несправедливость такая? Нет бы эпично шагнуть из одного мира в другой, как положено легендарным героям!

Я простонал какое-то ругательство и замер, вытянувшись на траве.

И вдруг понял, что вокруг — тишина.

Теплый ветерок чуть шелестел листвой.