Видимо, о подобном он задумывался впервые.

— Значит, любишь его!

Кто о чем! А он все о своем.

— Я за него замуж пошла. Разве может быть иначе?

— И меня бросила потому, что его любила.

Я подняла на него опешивший взгляд и с горечью призналась:

— Нет. Потому что ты меня не любил.

Он непонимающе хлопнул глазами и отступил на шаг назад, давая возможность освободиться от душившего захвата.

— Любил… — выдохнул он.

С каким-то истеричным смехом покачала головой и не глядя на мужчину прошептала:

— Тогда где же ты был со своим «люблю» десять лет назад?

Хорошо, что он не попытался меня остановить, когда я ушла, размазывая по щекам текущие слезы.

Мне нужна была минутка, чтобы успокоиться и привести стремительно разбегающееся мысли в порядок.

Зачем? Вот зачем он все это делает? Выворачивает своими неосторожными словами всю душу наизнанку?

В полнейшем оцепенении возвращаюсь на веранду и, как ни в чем не бывало, занимаю свое прежнее место. Сосед, травивший байки, уже изрядно пьян, но мне на это плевать. Я стараюсь кивать и поддакивать глупым шуткам чисто на автомате. Мысли мои остались там — под сенью раскатистого дерева.

В руке вибрирует телефон.

Чувство облегчения накрывает меня волной. Подхватываю сумку, неуклюже прощаюсь с Верой Ивановной и сбегаю, спиной ощущая колючий взгляд начальника, который после нашего разговора принял выжидательную позицию и не цеплял меня больше.

В салоне Сашиной машины напряжение отпускает. Поворачиваю голову, любуясь мужем. Он не красавец. Коренастый, чуть полноватый. Лицо строгое, а в темные волосы уже наполовину седые. Он старше меня всего на шесть лет.

— Что-то ты быстро нагулялась, — замечает он, не поворачивая головы.

— Устала, — пожимаю плечами в ответ. — Меня Вера Ивановна загоняла, как ездовую собаку. Сил нет, как хочется вырубиться прямо в машине.

— Так спи. Кто тебе не дает?

Послушно откидываю голову на подголовник сиденья и прикрываю глаза. Но уснуть так и не удается. Тревожное чувство грызет изнутри.

Не кончится добром это «люблю» Владимира Ивановича. Похоже, за ошибки прошлого пришло время расплатиться. Но эту цену платить я не готова. Поэтому стоит пойти по пути меньшего сопротивления.

Сквозь ресницы меланхолично наблюдаю за сменой декораций за окном автомобиля.

Не буду портить Вере Ивановне похмельную пятницу.

В понедельник напишу заявление.

На следующий день я приехала на работу собранная и полная решимости отработать день скупо и без лишних эмоций. В конце концов, это всего лишь работа, которая мне, конечно, нравилась, но найти другую не так уж и сложно. Проблема только в том, что тут платили выше среднего и такую зарплату никто мне больше не предложит.

Кабинет встретил меня утренней тишиной и… огромным букетом алых роз.

Словно ножом с сердце.