Народ подорвался на площадку следом за мной, вскидывая руки, подпевая, заражаясь прущей из меня бешенной энергетикой.

   Люди выходили из - за столиков, приходили из соседних залов, останавливались послушать, поднимались с мест, притягивались, начиная хлопать, реветь, и мне казалось, что я светящийся корабль с белыми парусами плывущий над человеческим морем голов, и все они рыбы моего моря, пели сейчас вместе со мной. 

Вот такая судьба, вытирай пот со лба.

Или мыслей нет, или нет головы.

   Я крутанулся на месте, похожий на самозабвенную обезьяну, которая знает, что она сошла с ума, но посмотрите люди на неё. Услышьте. Это же прикольно, ведь этот зов проникает в душу. 

И во все двери стучи да рукава засучи.

   И я стучал в каждую дверь, твердил прохожим о том, что видел ангелов, хотел их увидеть однажды, но так и не смог. Ведь бога не существует. Так во что же я верю? Может быть только в то, что однажды, сошёл с ума.

Что по небу ходил да ангелов видел.

Видно, впрямь у него, тут вы были правы

   Здесь я впал в неистовство, заставляя каждого повторять это за мной. 

   Услышать себя, откликнуться и взлететь идя по свету, и повторяя единственный мотив

   Я "летел", раскинув руки, навстречу своей бессмысленной свободе, ибо никогда никем не буду понят и принят. Именно так ощущает себя множество подростков. Но в эту секунду я был свободен и дарил свою свободу каждому находящемуся в зале. 

И закончив петь, выдохнувшись, потому что вложил в эти строчки всего себя, уронил микрофон. Кажется, я даже пытался поклониться и сделать книксен, чтобы продолжать ещё "чего нить", но запнулся о шнур, и рухнул со сцены вниз, мордой вперёд. Обычно именно в таком состоянии люди падают лицом в салат. 

Думаю, я бы здорово разбился, но вряд ли бы ощутил. По - пьяни боль вообще не воспринимается.... Но я не упал. 

Меня как - то очень органично споймал Вольх.

   Не знаю, правдой или неправдой были его слова про невъебенную любовь с первого взгляда, но кажется, я смутно помню, что он стоял тогда под сценой и смотрел на меня огромными словно загипнотизированными глазами. И было идиотское ощущение, что я огромный бесконечный магнит, притягивающий к себе десятки глаз человеческого внимания. Повелитель мух. Летучий голландец. Я управлял толпой, заставляя её резонировать и откликаться на каждый жест и мой хрипловатый голос и разноцветная ярко прущая энергетика, затрагивали каждого. Я ощущал себя пьяным богом по ошибке взобравшемся на чужой Олимп, чтобы увлечённо взрывать мозги простых смертных. Меня реально пёрло в тот момент. Хотелось подойти к каждому находящемуся в зале человеку, заглянуть ему в лицо и сказать нечто очень важное, отдать это внутри себя.