Как добежала до второго этажа, не помню. От страха сердце пташкой трепыхалось в груди. Я постоянно оборачивалась, боясь увидеть догоняющего меня чёрного человека.

До комнаты оставалось совсем немного, когда я чуть не столкнулась в коридоре с Машей. Она стояла возле двери в мою спальню в одной белой сорочке, крепко сжимая в руке плюшевого зайца.

— Маша! — я обняла девочку, облегчённо выдохнув, когда поняла, кто стоит передо мной. — Ты что тут делаешь?

— Софья, мне очень страшно, — прижалась она ко мне, — можно я буду спать с тобой?

— Конечно, пошли скорее, — мой голос утонул в очередном раскате грома, и мы поспешили в спальню.

— Я очень боюсь грозу, — тихо прошептала Мария, когда мы легли в кровать.

— И я тоже, — честно призналась, обняв её. — Но вместе не так страшно. Правда ведь?

Не успела Маша ответить, как за окном с треском ударила молния, ярко осветив комнату. Стёкла задребезжали от грома. Мы крепче вцепились друг в друга. В эту минуту раздирающий душу крик раздался за стеной. У меня чуть сердце не остановилось.

— Папа! — несмотря на страх, Маша помчалась к двери в смежную комнату. Я бросилась за девочкой, сообразив, что кричал муж."

"Мы обе влетели в графскую спальню. Очередная молния озарила комнату. Константин сидел на кровати, обхватив голову руками; он часто дышал, приходя в себя.

— Папа! — Маша кинулась к нему на шею. — Что с тобой?

Граф крепко обнял дочь, я видела только их силуэты в темноте.

— Не переживай, всё в порядке, — хрипло проговорил он. — Мне приснился кошмар.

— Опять война? — сочувственно спросила она, прильнув к его груди.

— Да.

Снова мелькнула молния, и наши взгляды встретились на мгновение. Я поняла: в грозу графа мучают кошмары из прошедшей войны. Кажется, именно это имела в виду горничная, когда говорила, что хозяин не спит в непогоду.

— Папа, давай бояться вместе, так не очень страшно, — предложила Мария. — Софья тоже боится грозу.

— Правда? — раздался тихий голос мужа, и я ощутила его пристальный взгляд.

— Правда. Очень боюсь, — вдруг разволновалась я.

— Тогда давайте переждём грозу вместе. Маша, ложись рядом со мной, а Софья ляжет с того краю постели, — прозвучало от графа неожиданное предложение.

— Как хорошо ты придумал, папочка, — обрадовалась девочка и тут же перекатилась на середину кровати. Зашуршало одеяло — Константин бережно укрыл дочку.

— Софья, чего вы ждёте? — вкрадчиво поинтересовался Константин.

— Иду, — я шагнула к кровати, еле различая очертания комнаты, но мне помогла очередная молния, осветив спальню.

Я легла на постель поближе к Маше, чтобы хватило одеяла и на меня.

— Папа, расскажи сказку, пожалуйста, не так страшно будет, — тихо проговорила девочка.

— Какую хочешь? — тут же ласково отозвался отец.