— Одна, — добавил я, видя, как на нас глазеет ее подружка и долговязый пацан.

Она накинула на плечо лямку рюкзака и вышла из аудитории вместе с друзьями. Я поспешил собрать свои вещи. Нужно было еще заскочить на кафедру.

Ровно через двадцать минут я стоял у машины и смотрел, как Левицкая приближается. Она была сегодня в обычных джинсах, ветровке, конверсах, почти без макияжа. Обычная девчонка без этого маскарада. Милая. Весьма… Не замечал раньше. Собственно, я и не разглядывал студенток, чтобы не было соблазна.

— Что вам надо, Матвей Александрович? — спросила она почти дерзко, но тут же словно испугалась саму себя, опустила глаза вниз.

— Домой тебя хочу отвезти.

О, ну, конечно, как неожиданно.

— Садись в машину, Маргарита. У меня нет ни времени, ни желания с тобой спорить.

Она сжала губы, качнулась на пятках. Я уже думал, уйдет, но она вдруг усмехнулась.

— И дверь даме не откроете? Где ваши манеры?

Я обреченно вздохнул и дёрнул ручку.

Довольная Маргарита уселась в объятия кожаного сидения. Я захлопнул дверцу, обошел авто, сел за руль. Сложив руки на колени, Левицкая притихла, видимо, побаиваясь. Все-таки режим самосохранения у нее активируется время от времени.

Я завел машину и выехал с парковки.

— Я просмотрел то, что ты написала вчера. Всю ту чушь вперемешку с тем, что удалось скатать со шпор.

— Мы перешли на «ты»? — спросила она, вздернув одну бровь.

— Очевидно, — буркнул я себе под нос.

— Окей, значит, я могу называть тебя…

— Нет, — рявкнул я. — Не можешь!

Она вжалась в кресло, и я выругался себе под нос, проклиная несдержанность.

— Ладно, Маргарита, твоя взяла. Давай, не будем утрировать и усугублять случившееся вчера, хорошо?

— Так это я усугубляю? Это вы взялись мне тыкать с какой-то стати.

— Извини. Скажи адрес. Куда сейчас свернуть?

— Налево, — буркнула она. — Третья улица Свободы.

— А, знаю. Район ботанического сада?

Я перестроился, свернул на светофоре, вдохнул поглубже и выдал речь, снова возвращаясь к уважительному тону и форме.

— Я должен извиниться перед вами за вчерашнее, Маргарита. Это было непозволительно. Думаю, мы оба погорячились. Не перекладываю на вас ответственность, ни в коем разе. Это, конечно, моя вина. Я был зол, несдержан. Все время, что преподаю, студенты словно испытывают меня на прочность. Неужели так сложно выучить материал? Я плохо объясняю?

— Нет, — пискнула она. — Кажется.

— Быстро говорю? Вы не успеваете записывать? Ах да, вы же вообще не конспектируете!

— Пообещайте, что выучите мои лекции и прочтите уже хоть что-то по курсу. Летом будет экзамен, плюс вам нужно уже выбрать тему курсовой. Соберитесь, Маргарита! Еще есть возможность взяться за ум и втянуться в учебу.