Рассказать или… показать?

– Горин, мать твою, – говорю на выдохе, ощущая, как узел возбуждения от одних только его слов закручивается внизу живота. – Ты… да ты…

– Ну кто? – веселится он. – Просто скажи «да». Я обещаю, что не зайду дальше, чем тебе комфортно. Но постарайся расслабиться и довериться, хорошо?

Киваю. Киваю часто-часто, а потом понимаю, что этому чертовому извергу нужно точно услышать, потому что он даже целовать снова меня не спешит!

– Да. Да, я готова, и да, я постараюсь расслабиться, и… да, в общем. Всё.

И время, кажется, замедляется. Потому что все движения и поцелуи Горина слишком размеренные, почти раздражающе медленные. Он гладит руками все тело, целует губы, потом шею и плечи, ключицы… Никуда не спешит, а мое сердце как ненормальное колотится в груди. Я не знаю, что он хочет сделать со мной, но доверяю ему на все сто процентов. Верю в то, что не зайдет дальше, чем стоило бы, верю каждому слову!

Дима медленно тянет футболку от пижамы вверх, снимая ее с меня. Машинально мне хочется прикрыться, но Дима перехватывает мои руки, не дает мне этого сделать. Только смотрит и смотрит, пристально разглядывает, заставляя мои щеки гореть сильнее прежнего.

Он целует мою грудь. Накрывает губами сосок, аккуратно и медленно лаская его, и мои глаза словно наливаются свинцом: веки больше не открываются…

Перед глазами темнота, зато все остальные чувства обострены до предела. Я чувствую все касания гораздо ярче, хотя, казалось, это просто невозможно. Меня лихорадит так, словно у меня температура, когда он целует мои ребра, а руками сжимает грудь.

Горин делает все так жадно, что я представляю себя самым вкусным десертом, поданным ему на тарелке. Так касается… так целует…

Я чувствую его пальцы под резинкой шорт и понимаю, что теряю связь с собственным разумом. Не готова и не хочу сопротивляться, поддаюсь рукам, когда он стягивает с меня остатки одежды, и стараюсь шипеть и всхлипывать тише, когда он целует мои бедра.

Глаза открыть хочется просто невозможно сильно, но я не нахожу внутри себя ресурса на это. Все силы направлены на чувства. Я ощущаю все слишком остро, каждое касание и даже самый крохотный поцелуй…

Горячее дыхание опаляет, я дрожу и прикрываю руками рот, когда Дима поднимает меня под бедра, удерживая на руках, и…

– Божечки! – шепчу в свои ладони, бормочу и пытаюсь не быть громкой, когда чувствую его губы «там». Но молчать просто невозможно! Это… это так, словно вообще все ощущения в моем теле собрали и сконцентрировали ровно в одном месте. И именно там Дима целует меня. Именно там собирается тот самый фейерверк, который даже уже через пару движений готов взорваться.

Часто дышу, сама того не понимая, подмахиваю бедрами, мычу в ладони и совершенно точно даже забываю, как меня зовут.