Я с трудом успел её подхватить и упал на колени под весом её тела. Мама хватает воздух ртом.

– Да что с тобой?! Что ты чувствуешь?! – Уверен, что это очередная выходка: смотрите, мол, как я из-за вас страдаю.

– Я ничего… не вижу… «скорую» вызовите… – От неё резко пахнет аптекой и больницей. Что за запах? Касторка ведь так не пахнет…

– Ёлки-палки! «Скорую»… – твержу я, нажимая дрожащими пальцами на клавиши телефона. – Где же номер спасательной службы?! Что она выпила?!

Папа бежит в дом, оттуда раздаётся грохот передвигаемых стульев, звон посуды. Возвращается со склянкой и кричит:

– Почему тут написано «камфорное масло»?! Ты же пила касторовое!!!

– Ты мне дал… воды… – хрипит мама.

Мы все хватаем со стола чайник, в котором отстаивается питьевая вода… Подносим горлышко к её рту… Крики отца и Вани, мамины хрипы и мои мысли сливаются в общий гул. «Как я мог тебе это дать?! „Скорая“!..»

Дальнейшие события я до сих пор толком не могу восстановить в памяти. Пока я дозвонился до «скорой», мы пытались отпаивать маму водой. Она потеряла сознание. По телефону сказали, что врачи приедут минимум через час, что при отравлении камфорным маслом нужно срочное промывание организма. Помню, как мы решили сами везти маму в больницу, потащили её к моей машине, папа ещё лейку ногой отпихнул… Тут она вдруг изогнулась вся и умерла… Очень быстро. Резкое обезвоживание организма, как потом сказали…

– Ха-мам под ключ, – читает по слогам Ваня, глядя в окно. Мы проезжаем мимо ангаров, увешанных рекламой. Чтобы успеть прочитать вывеску, Ване приходится расплющить физиономию о боковое стекло.

– Пап, а что такое ха-мам?

– Ха-мам, ха-мам, хамам! – Ваня приноравливается к новому слову, твердит его без остановки. – А что значит «под ключ»?

– Это означает, что они построят тебе хамам от начала до конца и выдадут ключ. А тебе надо будет только там париться. В этом хамаме.

– В хамаме, – повторяет Ваня. – Хамама! – Слово Ваню смешит, он пробует его, произносит на все лады. Тонким голосом, басом, растягивая буквы или, наоборот, скороговоркой: – Хамама, ха-а-а-м-а-а-м-м-м-а-а-а, хмама!

Водитель «Газели», неразговорчивый мрачный тип, делает радио погромче. Ваня принимает вызов:

– Хамам, хамам, хамам!!! – орёт он, перегнувшись через меня и обращаясь к водителю.

– Ну всё, Вань, хамам так хамам. – Я пробую успокоить сына.

– Хамам! – зловеще трубит мне в лицо Ваня, сделав большие глаза.

– Хамам, – кривляюсь я в ответ, оттянув пальцами уголки глаз. Я типа китаец и пытаюсь имитировать акцент.

– Слышь, потише! – не выдерживает шофёр, кривя губы, будто собирается сплюнуть.

Я корчу гримасу, будто ужасно испугался, Ваня хохочет. Оставшийся путь преодолеваем без приключений. Вот уже и старый забор нашей дачи.