А былые убеждения вмиг стали пустыми, неважными, ведь я не сдержалась, ответила, не смогла противостоять вспыхнувшему желанию. Еще, больше, не останавливаться. Если дать передышку, все померкнет. Не будет его рук на моей спине. Развеется его запах. Исчезнет ощущение пульсации собственного сердца в висках.

— Обожаю твою улыбку, — вдруг признался Рома и прижал меня к холодильнику, не позволив даже понять сути сказанных слов.

Я будто заболела. У меня явно поднялась температура, иначе как объяснить горящие щеки и помутнение разума? Я словно находилась в бредовом состоянии, не осознавала происходящее, хотела лишь прижаться к Ходорову-младшему и окончательно забыться. Цеплялась за связывающую меня с реальным миром нить в виде мужских плеч и едва ли не стонала от невероятного коктейля из ощущений, звуков, действий. Где его руки? Почему так мало? И дыхание… Ведь нужно дышать! Я опомнилась лишь спустя пару секунд после того, как Рома отстранился.

— Назови же свое имя, ласточка.

— Что-то так есть захотелось, — собралась я двинуться к столу, да только мужчина вернул меня обратно.

— Почему не отвечаешь?

Он прижался ко мне, лаская взглядом. Коснулся подушечками пальцев моей шеи, очертил ухо. А я никак не могла утихомирить бешено бьющееся о ребра сердце. Даже руки слегка тряслись, не говоря уже о коленях. Как-то все оказалось неожиданно приятно.

Рома дотронулся до моего подбородка. Надавил на него, заставив поднять голову, и снова приник к губам. Нежно, выжидающе. Будто уже знал, что не стану противиться. А разве нужно? Возможно, следовало, да только все нутро переворачивалось от недавнего поцелуя и желания его повторить.

Я подалась к нему, обняла за шею. Стало неважно, кем он являлся и что сделал в прошлом. Меня волновал лишь данный миг. И в нем Рома вел себя на удивление осторожно. Будто страшился чего-то, действовал не по обычной прихоти, а словно доказывая себе, да и мне, нечто неуловимое, о чем я даже не догадывалась.

— Ты давно ходила в кино? — прошептал он в самые губы.

— Не помню, — потянулась за ним, но не получила желаемого.

Заметила легкую ухмылку. Но не успела вспыхнуть от негодования, как Рома снова поцеловал.

— Ты сильно устала? — спросил, вновь отстранившись.

А я хлопнула глазами, совершенно не улавливая сути вопроса. Словно только проснулась, поэтому мой мозг туго соображал.

— Ясно. Собирайся, мы идем в кино. У тебя полчаса, успеешь?

— Я тебя покормлю, не беспокойся, — усмехнулся мужчина и провел пальцем по моей щеке.

— Может, не стоит тратить на меня деньги? Телевизор тоже сой… — Рома заставил меня замолчать очередным поцелуем.

— Только оденься поприличнее. И без твоего любимого хвостика, хорошо?

Я не ответила. Проводила Ходорова-младшего взглядом и стукнула макушкой по холодильнику.