Я до сих в себя прийти не могу. Пять минут назад он почти был во мне, а сейчас мы стоим друг на против друга как бойцовские собаки. И как ему сказать? Хотя, как говорят, лучшая защита – нападение.

– Ты мне извинения должен.

Он сводит брови. Хмурится.

– Не понял. Я? Тебе?

– Ты не попутала ничего? Это за что? За то, что влюбился? Прости, дебилом был. Сразу не разглядел, какая ты сука.

– Ты обещал извиниться перед Олесей Васнецовой.

Он втягивает носом воздух, напрягаясь всем телом.

– Я Олеся Васнецова. Извиняйся.

Он как с цепи срывается. Подлетает ко мне в одно движение и за горло хватает.

– То есть, я тебе дряни душу открываю, а ты решаешь это использовать? В очередной раз наебать меня?

– Что. Тебе. Нужно? Не все у меня забрала? Не добилась цели?

– Тогда зачем я бы принесла показания Ирины?! Зачем бы изменила свои?!

– Что ты несешь?! Меня отец Глеба вытащил! Ты тут причем?!

– Какой же ты тупой придурок! – впиваюсь в его руку ногтями, чувствую, как от нехватки воздуха задыхаться начинаю. – Открой глаза!

– Я лучше их закрою и тебя больше не увижу. Нахуй ты сказала про Олесю?

– Потому что я она и есть. Потому что, когда ты меня изнасиловал, я забеременела. Потому что, когда я родила, мне сказали, что дочь мертва. «Потому что, когда тебя закрыли, мне за ложные показания обещали ее вернуть», – говорю на одном дыхании, чувствуя, как его рука на шее дрожать начинает.

– Ты сериалов обсмотрелась? Что за бред? Васнецова была длинная жердь с кривыми ногами и лошадиными зубами. А ты…

– А ты кукла. Бесчувственная и порочная. Лживая сука, способная использовать чувства против мужика. Мне вот интересно, ты отцу реально сопротивлялась, или уже трахала его?

– Миш, – хватаю его двумя руками. У него уже крыша едет. – Детский дом, в котором была дочка, сгорел. Я не могу ее найти, мне нужна твоя помощь. Помоги найти Эллу, и я больше никогда тебя не побеспокою. Трахай шлюх, катайся пьяным, гробь себя. Но потом…

– Да, я так ее назвала.

– Алис, ты не можешь быть Олесей. Это полная дичь.

– Зачем мне тебе врать. Теперь…

– Да откуда я знаю! – орет он и толкает меня. – А зачем вы с матерью подстроили убийство моего отца и меня посадили?

– Это долгая история.

– Отлично, расскажи ее.

– Помоги найти Эллу, и я сделаю все, что ты захочешь.

– Сдохнешь? – убивает меня, одним словом. – Давай? Я тебе помогаю тебе твоего ребенка найти, а ты убиваешь себя.

– Почему? – только и шепчу, чувствуя, как слезы градом. Губы соленые облизываю. – Почему ты хочешь моей смерти?

– Потому что отравляешь мою жизнь, потому что больно воздухом с тобой одним дышать, – дергает меня за кофту, натягивая ее до предела, почти в губы рычит. – Потому что ты сука в любви мне клялась, а потом предала.