– Ты мне в любви клялась, а теперь что?

«– Там, где нет доверия, нет любви», – говорю тупую фразу. Ну давай Миша, просто послушай меня. Просто сделай вид, что тебе тоже плевать.

– А может ты все же пиздежница? Может ты все-таки врала мне, а сейчас не знаешь, как отмазаться?

– Я не отмазываюсь, я хочу спать. И не рядом с человеком, который может причинить мне вред.

– Это я хочу причинить тебе вред?

– Если ты не веришь, значит злишься. И я не знаю, на что ты способен. Я вообще оказывается мало, что знаю. Как и ты.

Миша замолкает, а Роман просит заканчивать разговор.

– А что насчет дочери.

Роман показывает крест, и я киваю.

– Может и не было никакой беременности?

– Думай, как хочешь. «Не звони мне больше», – говорю и отключаюсь. Сердце разрывается, стучит в висках набатом. Хочется вскочить, орать, крушить все вокруг, но я лишь впиваю ногти в свое бедро, чувствуя, как боль облегчает истерику. Я даже не смогу ему ничего объяснить, понятно, что Роман будет контролировать каждый наш шаг. Как долго он продержит нас с Мишей в живых – самый важный вопрос.

– Ты ж моя умница, – протягивает он ладонь, чистую, ухоженную, и я внутренне сжимаюсь, опускаю в нее свою. Чувствую жесткий захват. – Будь послушной, и мы сможем не только вернуть Эллу, но и получить все тебе причитающееся от семьи Хворостовых.

– Много? – задаю невинный вопрос, а он расплывается в улыбке.

– Ты даже не представляешь, насколько…Ладно, пойду успокою твою подругу, а то на там лежит, переживает.

– Она много знает? – спрашиваю в его спину, а он усмехается.

– Только то, что нужно девке ее формата. Спокойной ночи. Помни, милая, я рядом.

– Даже не сомневаюсь.

– И называй меня папа. Мне будет приятно.

– Хорошо, – сглатываю рвотный рефлекс. – Папа.

Миша не звонил и не писал уже неделю. Знаю, что нас бы в любом случае подслушали, но я все равно, то и дело смотрела в телефон. И на работе, порой забывая, что нужно делать, и гипнотизируя наш последний чат и его сообщение. На учебе. Даже, когда спустя пару дней мы с новым «папой» отправились в очередное путешествие искать Эллу. Я все время поглядывала в экран.

Качаю головой, внутренне сжимаюсь. Мне он неприятен. Я все пытаюсь найти в себе отголоски дочерних чувств, но все, о чем думаю, что будь в моих руках нож, я бы могла нанести удары и ему. Просто потому что во мне говорит инстинкт самосохранения. Да, да, я, слышала, как он мстил за меня Хворостовым, и как угодил в тюрьму. Но это не помешало ему попытаться украсть у них деньги и сейчас пытаться найти выходы к наследству Миши.

– Ну и правильно. Он уже переключился на дочь партнёра, с которой я его познакомил.

Во мне это отзывается болью, но я лишь киваю.