– Нам нельзя видеться. Это опасно. В первую очередь для тебя.

Телефон на столе жужжит. Миша.

Она долго смотрит на него, потом на меня.

– Ответь, скажи, что это все вранье и ты его любишь.

– Но мы выиграем время, а потом подумаем, как его устранить.

– Устранить? – шепчет еле слышно. – Вы же сами его из тюрьмы вытащили…

– Да, Олесь. Либо мы его. Либо он тебя. Рисковать нельзя. Я понимаю, что ты его любишь, но ты потом поймешь, что я был прав. Доверься мне. Доверься мне, дочка.

– Если ты не ответишь, он приедет, – напоминает мне мой новый папаша, а я вдруг понимаю, что в прошлой жизни где – то жестко нагрешила, если нынешняя никак не может сложиться. Я не могу отойти от шока. Мой отец. Человек, который оплачивал матери квартиру, мою учебу, который сидел в тюрьме. Я узнаю его, лицо сразу показалось мне знакомым. В памяти отложилось лишь пару моментов с этим человеком. Приятные, но бессмысленные. Я никогда не ощущала его любви, не чувствую ее и сейчас. Лишь голый расчет. Вопрос про Мишу, тем более, остается открытым. Так ли уж он хочет меня убить. И запись эта. Очень удачно вырвано из контекста. Как и мой разговор с Ириной. Очень удачно. Мне не сложно понять, что движет этим человеком. Судя по белоснежной рубашке, загару из солярия и бриллиантовым запонкам этот мужик помешан на деньгах точно так же, как и его сын. Господи, меня стошнит сейчас. Получается Глеб мой брат. Я целовалась с собственным братом. С ублюдком, который ради денег не побоится предать друга, женится на нелюбимой, заставит изнасиловать сестру. Он знал? Почему – то я не сомневаюсь в этом.

– Не сегодня, так завтра.

– Завтра я предлагаю тебе поехать в один город соседней области, возможно именно там ты найдешь Эллу. Ты же хочешь ее найти?

– Конечно, – зачем он спрашивает то, что и так знает?

– Ну вот. Пока тебя не будет, он успеет остыть. Отвечай на звонок, а то скоро телефон загорится.

Беру резко трубку, понимая, что не смогу сказать Мише и доли того, что хочется. Словно на канате посреди пропасти и одно лишнее движение подарит мне красивую и быструю смерть. Роман выглядит весьма решительным человеком, и почему до сих не убил меня и Мишу, предстоит выяснить. Только как, если каждое слово словно шаг по канату.

– Да Миш. Поздно уже. Спать хочу.

– Спать? – рявкает он в трубку так резко, что я отвожу телефон от уха. Роман тут же отбирает его и включает громкую связь. – Ты видела, что я тебе отправил?

– Слышала, ты хотел сказать. Конечно, – поднимаю глаза на Романа. Он не отводит свой, сканируя каждое мое слово, а возможно и мысли. – И если ты считаешь, что я тебя обманываю, то тогда нам не стоит больше видеться.

– Не стоит? – шипит он.