Но нет — «Рубикон перейден» месяц тому назад, когда новые «Бранденбург» и «Мекленбург» окончательно вступили в строй кайзерлихмарине, а за ними через несколько месяцев последуют «Байрен» и «Баден». Эти четыре линкора с 38 см пушками опасный противник для любого линкора типа «Орион», коих у британской империи целая дюжина, и при этом еще пара достраивается для Чили. Но вся штука в том, что Германия на этой четверке не остановилась — на достройке «Заксен» и «Вюртенберг», что войдут в строй зимой. А еще шесть линкоров находятся, или будут заложены на стапелях — кораблестроительную программу пересмотрели после победной для немцев итало-турецкой войны, как это бы странно не прозвучало.

И наличие трех эскадр по четыре линкора с 38 см пушками посчитали крайне важным инструментом в противостоянии с более многочисленным Королевским флотом. А вот линкоров типа «Кениг» теперь никогда больше не будет построено — сразу решили к ним даже не приступать — пять 305 мм двух орудийных башен дают залп всего в четыре тонны, в то время как их замена на четыре 380 мм башни увеличивают залп в полтора раза. И броня английских линкоров перестает быть преградой для снарядов, что весят не 405 кг, а 750 кг.

Но вся штука в том, что сейчас воевать придется совсем другим кораблям, и потери среди них будут огромными. И ничего тут не поделаешь — в интересах победы необходимо чем-то пожертвовать…

— Названия линкоров у немцев приняты как у наших бывших колонистов. Только у американцев штаты, а у тевтонов исторические земли, большие и малые, от королевств до островов. Вроде и страна маленькая, а сколько всего набралось, счет пошел на десятки.

Первый лорд Адмиралтейства Уинстон Черчилль пыхнул сигарой — к ним он пристрастился во время своей командировки на Кубу, где наблюдал в качестве репортера за борьбой испанцев против местных инсургентов, которых поддерживали янки. Потом САСШ и сами влезли в эту войну, отобрав у гордых кабальеро их колонии. И отнюдь не для того, чтобы дать независимость, нет — просто старого хозяина сменил новый, столь же жестокий и наглый, но более сильный, только и всего.

Молодой по английским меркам политик (еще полных сорока лет нет, в ноябре только исполнится), не был моряком, но занимал столь ответственный пост, самый важный для Британской империи.

Но в правительстве решили что энергичный министр внутренних дел как нельзя подходит для назначения на эту должность — ситуация в мире стала изменяться, и над многовековым господством Англии нависла реальная угроза одномоментно потерять свое доминирующее положение.

За свою историю «туманный Альбион» повидал всяческих врагов, с которыми боролся долго и настойчиво, пока не удушал, как терьер крысу.