Несмотря на свою неприязнь к народу темных драконов, появление Нэда я посчитала благосклонностью Всех Святых. Раздумывая о том, как некрасиво выставлять его сегодня же — на ночь глядя, я мелко резала овощи и свежую зелень, приглядывала за отправленным в духовой шкаф картофелем с мясом и не забывала помешивать травяной отвар на огне, какой варила для исцеления господина-дракона.

— На сегодня закончил, — из мыслей вырвал хриплый мужской баритон. Нэд застыл в дверном проеме, весь в пыли и мелкой стружке, — северная часть перекрыта.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась мужчине, откладывая нож на разделочную доску. — Можешь принять душ, чистая одежда ждет на кровати.

Он кивнул и опять до боли знакомой походкой направился к лестнице. Поругав себя за мнительность — наверное, теперь в каждом темном драконе буду невольно искать черты бывшего мужа, вернулась к ужину.

… За теплым вечером последовала безветренная звёздная ночь, потом — новое утро и Нэд вернулся к починке крыши. Так продолжалось несколько упоительно приятных дней. Наконец, израсходовав всю черепицу, дракон сообщил о завершении работ и удалился в ванную комнату.

За стол сели, когда небо укутали облака и по стеклам застучали мелкие капли.

— Завтра с утра ненадолго схожу в книжную лавку, — прервала затянувшееся на кухне молчание. Я думала о своём, гость тоже был задумчив и молчалив, разговор удавался урывками. — Проверю, как она там.

Нэд в свежей белоснежной сорочке, застегнутой под горло на серебряные пуговицы, с влажными волосами, разметанными по плечам, отложил вилку и произнес:

— Это лишнее, — возразила, раскладывая по нашим тарелкам салат, — я отлучусь всего на час. Ты будешь спать.

— Не уверен, что буду, — загадочно хмыкнул, глядя на меня исподлобья. — Но будь, по-твоему. Тогда с утра займусь починкой хозяйственных построек на заднем дворе.

— Ты не обязан, — прошептала, под прожигающим синим взором чувствуя себя крайне неуверенно.

— Мне не сложно, Ио, — отрезал не терпящим возражений тоном. — Кстати, жаркое — восхитительно. Мои похвалы, госпожа.

Смутившись, опустила глаза и пока мысли окончательно не затуманились, а на щеках не расцвел предательский румянец — напомнила ему, чтоб перед сном — как и все дни до этого — не забыл выпить целебное снадобье.

— Не перестаю удивляться, насколько ты поразительная, — подперев голову кулаком, Нэд не сводил с меня глаз. — Умная, красивая. И хозяйка замечательная.

— Все женщины Претории — уникальны, милорд. Но темные драконы — ужасные гордецы и предпочитают этого не замечать, — поборов необъяснимую застенчивость, ввернула лорду с Севера шпильку.

— Согласен. Браков между нашими народами непростительно мало. Самое время это исправить.