Соответственно, текст контракта не отвечает действительности и никоим образом не может быть утвержден. Поскольку содержит неправдивую информацию. И, если вы сделаете еще одну попытку, документ будет аннулирован.

— Ваше высочество! Это моя оплошность! — дворецкий стал белее штукатурки. — Не сообразил. Все так неожиданно случилось. Это, конечно же, не оправдывает…

Пришлось поднять руку, требуя тишины и порядка.

— Никто не виноват. Поскольку в произошедшем нет злого умысла. Или сознательной попытки обмануть. Ведь так? — я посмотрел на капитана наемников.

— Совершенно справедливо, ваше высочество, — прижал кулак к груди Роджер Залита.

— В таком случае у нас есть несколько вариантов, как исправить дело. Первый — Аристарх перепишет условия договора с учетом реальной численности отряда.

Судя по лицу воина, что-то в этом предложении ему не слишком понравилось. Может, примета плохая?

— Второй, — вы верите мне на слово и поступаете на службу без подписанного контракта. Сроком на месяц… До дня моего коронования, которое произойдет в первое воскресение после сорока дней со смерти покойного короля. Потом все равно пришлось бы составлять новый договор.

Уже не с наследником престола, а с новым королем.

Это вариант тоже чем-то не угодил Серебробородому. Возможно, документ все-таки имеет большее значение, чем основа для денежного содержания. Как в свое время каперский патент. Есть патент — значит, капитан на службе короны и в случае поражения — с ним и командой обойдутся, как с военнопленными.

А без королевской печати — обычный пират. Со всеми вытекающими. И наемникам не хотелось рисковать. Мало ли что может случится за месяц. В том числе и плен. И палач затянет петлю быстрее, чем почтовые голуби принесут подтверждение, что он и его парни не разбойники, а состоят на моей службе.