— А теперь, повторяйте за мной… Клянусь честью, жизнью, достоинством и уважением рода…

Ничего оригинального. Некоторые обороты, с учетом поголовной женственности контингента, непривычны для слуха, а в целом, все сводится к обычному: «…будь я проклята, если нарушу данное слово». Ну, и с обязательным перечнем более-менее длинного списка наказаний, полагающихся за клятвопреступление.

— Клянемся! Клянемся! Клянемся!

— Клятва принята! — торжественно поднял я руку, с зажатым в нем скипетром.

— Верность будет вознаграждена, предательство — наказано.

Наверно надо было еще что-то эдакое, воодушевляющее произнести, но Леонидия и в этот раз перехватила инициативу. Очевидно, опасалась, как бы я снова не брякнул чего лишнего.

— Спасибо! До особого распоряжения, замок не покидать.

Лучницам заступить на дежурство, согласно расписания! Сестры первой руки, подойдите к нам.

Из строя к ступеням бегом бросилось около дюжины амазонок. В их числе и Безымянная.

— Ваше высочество, — церемониально обратилась ко мне Леонидия. — Позвольте представить вам сестер, отобранных мной в вашу личную охрану. Поверьте, девушки будут преданы вам душой и телом.

Они станут вашей тенью, и если понадобится, каждая с радостью и не задумываясь отдаст за вас свою жизнь.

Телохранительницы? Интересно. Вот только, как утверждает история, слишком многие патроны «принимали смерть от коня своего». То есть, от тех, кого меньше всего опасаешься.

— Тень — это отлично. Но мне не нужна еще одна… — улыбнулся я, и как бы в шутку указал на темный силуэт на ступенях.

— Зато мне очень нужны люди, которым я мог бы доверять как себе самому. Которые могли бы представлять меня там, куда я не успеваю физически. Рискуя жизнью передать мои слова или вовремя известить о грозящей беде.

— Приказывайте, ваше высочество… — прижала руку к груди Безымянная.