Где и продолжить общение в неформальной обстановке.

А пока имело смысл явить себя народу. Принять клятвы и присяги. Заодно, окинуть грозным оком. Чтобы не расслаблялись и помнили — государь на месте и бдит.

Первым делом, чтобы сделать приятное Леонидии и выказать уважение царице Деянире, я велел собрать во дворе амазонок.

Учитывая, что это не боевая тревога, а всего лишь общее построение, выкроил и для себя десяток минут.

Оправится и сменить одежду. Аристарх, для такого случая, подобрал мне весьма солидный костюм. Без излишеств, но каждой деталью подчеркивающий, что его владелец не абы кто, а настоящее величество. Хоть и, запросто, без мантии… Этот плащ из сотен горностаев я отверг категорически. С золотым венцом провернуть такое же не удалось. Тут дворецкий был неумолим.

Во-первых, — я шел принимать присягу у иностранных подданных, а эта процедура предусматривает наличие, пусть и облегченного, но королевского наряда. Поскольку клятву дают королевству вообще, а не моей персоне лично. Короче говоря, трону присягают. Независимо от того, кто на нем после сидеть будет.

Такой подход меня не сильно обрадовал, но Аристарх поспешил разъяснить, что общая присяга всего лишь формальность, окончательно освобождающая вассала от обязанностей в отношении предыдущего лорда. А уже потом, я вправе требовать личного обета. От тех, уже своих подданных, чью верность сочту особо важной. Например — телохранителей, командиров отрядов, советников…

Что ж.

Резон в этом был. Не приводить же к присяге каждого смерда. Да, от их трудолюбия и старания тоже зависит мощь державы, но не настолько, чтобы учитывать личный вклад отдельно взятого крестьянина.

Широкая площадка, которой заканчивалась каменная лестница ведущая в донжон, вполне заменяла трибуну.