– Похоже, Катя ему сильно насолила, – протянула я, оглядывая помещение, – можешь вспомнить, где и что тут стояло?

Ласкина наморщила лоб.

– Кровать выдавалась на середину, такая большая, с пологом. В простенке стояли стол-трюмо, два кресла, они не имели постоянного места, их переставляли. Слева вроде был диван, справа комодик и консоль с безделушками.

– А шкаф с вещами? – вспомнила я.

Лизавета подошла к окну, наглухо задернутому занавеской, отодвинула ее, щелкнула выключателем.

– Гардеробная, – кивнула я, – а за второй шторой ванная?

– Угадала, – подтвердила Лиза.

– Катя ушла отсюда? – спросила я.

– Верно, – согласилась Лизавета.

– И не взяла ни вещей, ни сумки? – уточнила я. – Оставила мобильный, ключи от машины?

– Да, – подтвердила Лизавета, – на следующий день папа велел ее шмотки сжечь, Женька, горничная мачехи, доложила о выполнении приказа, а через неделю отец заметил у нее перчатки Кати и выгнал Женю вон.

– Неужели Константин Львович помнил мелкие аксессуары супруги? – поразилась я.

– А он их Катьке накануне отъезда в командировку принес. Притащил коробку, внутри перчатки из ярко-красной кожи с золотыми пуговицами.

Очень приметные. Папа бы забыл, купи он их месяц назад. Но преподнесен подарок был накануне ее ухода. Женька, дура безголовая, кто же такую приметную вещь ворует? Он так орал! Мне даже стало Женьку жаль, ну что такого? Ерунда. Но думаю, папахен ее выпер не за кражу. Женька везде за Катей шнурком вилась, ей за верность хозяйке досталось.

– У Кати, наверное, были и драгоценности, – не успокаивалась я.

– Куча! – подтвердила Елизавета.

– И где они? – спросила я.

– Понятия не имею, – ответила дочь олигарха, – я не очень-то ее украшениями интересовалась.

Я замерла у окна. Тридцатого октября было прохладно, порой в это время в Подмосковье случаются заморозки. Лиза с приятелями отправилась по соседям, дети праздновали заморский праздник Хеллоуин, нарядились вампирами, мертвецами и прочей нечистью. Катя сидела дома, потом внезапно сорвалась с места и ушла, бросив все. И куда она пошла? Почему сбежала?

Забыв про Лизу, я спустилась на первый этаж, вышла на парадное крыльцо и отправилась на прогулку по участку.

Март не самое подходящее время года, чтобы любоваться ландшафтным дизайном, в Москве уже сухо, а за городом еще кое-где громоздятся сугробы. Местный садовник не рискнул освободить от пленки заботливо укутанные на зиму кусты и не привел в порядок газоны.

– Дует, – заныла Лиза, – пошли в дом! А еще лучше поехали назад. Что ты хочешь найти спустя столько лет после побега Кати? Следы на земле? Ха! Папа сделал все, чтобы и духу ее тут не осталось!

Я проигнорировала стенания Лизы.