– Она железная! Но у Лизы были акриловые пилки. Я отлично помню, как сломала в ее присутствии ноготь и попросила пилку. Елизавета принесла мягкую, полировочную. Я попросила нормальную железную, а она ответила: «Такой у меня нет, она для нарощенных ногтей не подходит». Помнится, ты открыла сумку, вытащила свою и сказала: «Возьмите мою, у меня нормальные ногти». И где Лиза взяла пилку в день смерти?

– У нее спросите, – не дрогнула Соня, – но ответа не услышите. Есть факт: предсмертная записка. И есть байда про пилку. Докажите, что она моя? Их сотни одинаковых! Не смешите меня.

Я со всего размаха хлопнула ладонью по столу.

– Записку составила не Лиза! Дочь Константина Львовича была до безобразия безграмотна, и человек, подделавший письмо, попытался соблюсти ее «стиль». Частицы «не» соединены с глаголами, но существительное «человек» убийца написал правильно. Лиза, составляя для меня очередной сюжет, напечатала «чиловек». Почему она перед смертью неожиданно написала это слово правильно?

Соня снова не смутилась.

– Понятия не имею. Если вы опять попытаетесь впутать меня в эту историю, то сразу скажу: в отличие от Елизаветы я абсолютно грамотна, никогда не делаю ошибок, верно расставляю знаки препинания, и с математикой у меня порядок, и с логикой. Знаете, Виола, вы мне понравились, произвели впечатление порядочной женщины, хотя ваше согласие на аферу должно было насторожить.

– Никого я не обманывала! – возмутилась я.

– Да ну? – ухмыльнулась Соня. – Роман под фамилией Елизаветы уже накропали? Или воспользуетесь самоубийством клиентки, присвоите ее деньги и издадите книжонку как Виола? Кстати, не вы ли убили Лизу? Носите в сумочке железную пилку. И мотив есть: бабла охота, но и книгу жаль другой отдавать.

Я замерла с раскрытым ртом, даже Зоя, похоже, растерялась.

Соня же спокойно продолжила:

– Вы проделали огромную работу, но все же не дошли до истины. А она неприятна и поэтому тщательно скрыта от посторонних. Елизавета была душевнобольная, она родилась от женщины с дурной наследственностью. Лиза с детства была истеричной, злой, распускала руки. Да, я происхожу из семьи уборщицы и никогда этого не стеснялась. Все детство и юность я играла роль девочки для битья при Лизе, причем часто в прямом смысле этого слова. Незачем вести пустые разговоры. Прощайте, мне в моем положении нельзя нервничать.

– В каком положении? – воскликнула Зоя.

– Вчера я узнала, что у нас с Константином Львовичем будет ребенок.

Когда дверь за мерзавкой захлопнулась, я раскашлялась, а Зоя с тоской протянула:

– Черт возьми! Первый раз встречаю такую бабу! Другая бы давно испугалась и во всем призналась. А эта живо сообразила, что улики косвенные.