Но Рашидова такой вариант не устроил, он словно с цепи сорвался, перекидывая пакеты с землей, стоящие у скамейки.

— Чтобы я больше не видел тебя в этом болоте, Надя, — подхватывая за здоровую руку, потянул в дом. А я продолжала сжимать саднящую ладошку, пытаясь привести сбившееся дыхание в порядок.

Что за реакции такие дикие?

— Что за глупости, мало ли где я еще могу пораниться, мне что теперь? Не выходить из комнаты? — кричала в спину, пока мы поднимались по лестнице.

— У тебя уникальная способность находить приключения на свою задницу, так что да, надо будет — будешь сидеть взаперти, — голос звучал грозно, громко и с щепоткой чего-то инородного.

Вслушиваясь в последнюю фразу, я поняла, что не так. Акцент. Откуда? Мы ведь с ним не в первый раз говорим…откуда акцент?

— Отпусти меня! — цеплялась за ручку двери, пока мужчина настойчиво тянул меня дальше. А столкнувшись с сопротивлением, развернулся и в своей привычной манере перекинул меня себе на плечо.

— Прекрати устраивать цирк.

— Ах я цирк устраиваю?! Это ты ведешь себя так, словно я кукла какая! На потеху всем в доме.

Кровь вскипела, что-то внутри уже лопнуло от переизбытка эмоций.

— Не доводи меня больше, чем есть, — усаживая на столик в ванной, процедил мужчина.

Взгляд полыхал. Резал. Я дышала так тяжело, словно марафон пробежала.

Рука продолжала болеть, но я не обращала никакого внимания на это все, в отличие от Рашидова. Он — то сразу схватил ладошку и промыл под проточной водой. Стало ясно, что ранение глубже. Заживать будет дольше. Жесткие пальцы работали уверенно. Откупорив бутылку с перекисью, щедро налил на кровоточащую ссадину. Рана сразу же покрылась белыми пузырьками, вызывая легкое жжение.

Глубочайшее удивление не заставило себя ждать. Арслан подул на ладонь, после чего плотно перебинтовал руку марлей.

— Нет, — буркнула в ответ, но в душе противно разливалось тепло.

Я хотела уважения. В конце концов, его заслуживает каждый человек.

— Буду заниматься цветами и дальше, — настойчиво выдала.

— Нет, к этому разговору мы больше не вернемся, — мужчина громко саданул ладонью по столу, вышел из ванной, оставляя дверь приоткрытой.

Почему с ним так сложно?

Я сидела и посматривала на мелкие разводы крови в раковине.

Они собирались в одно целое у стока, являя жутчайшую картину. Мне не нравилась кровь. Вызывала отторжение и странный приступ тошноты с металлическим привкусом на губах.

— Ты видела? Совсем бессмертная, — бойко прозвучало у двери

— Ну ничего, он пару раз приложит ее к стенке, сразу поймет, что к чему, — ответил незнакомый голос.

— Если не убьет, как свою жену. Рашидовы вообще отбитые, кого ни возьми.

Жесткая поверхность медленно уплывала из-под меня.