Нос уловил цветочный аромат, это не были духи, скорее настоящий запах цветов. Он распускался внутри меня яркими разноцветными бутонами нежнейших роз с каждым вздохом. Мне было удобно и комфортно, очень мягко и так невыносимо спокойно. Странная легкость.

— Дядя Леша, какая она красивая! Ты привез спящую красавицу?

Мозг сквозь вату уловил странный голос, переливами колокольчиков звучавший словно в сказке. Мне безумно хотелось открыть глаза, но вселенская тяжесть в веках не давала этого сделать. Все попытки сводились на «нет».

— Конечно! Только красавице искупаться не помешало бы, но сначала отдохнуть, так что, принцесса, давай поедем кушать сладости.

Марта приготовила целую гору, тебе понравится, — голос мужской звучал приглушенно с хрипотцой. — Давай не будем шуметь, красавица очень сильно устала и хочет поспать.

— А когда она проснется, мы сможем поиграть? — в голосе сквозила надежда вперемешку с огорчением.

— Конечно, поиграем, все вместе проведем время, так что не волнуйся. Ну-ка, иди сюда, — прошептал мужчина, после чего послышалась возня.

Мой мозг играл со мной. Как будто ребенок, но в то же время голос не походил на детский, он словно был вне возраста.

Застыл во времени. Царство Морфея уверенно перетягивало меня на свою сторону, не давая возможности увидеть картину целиком. Я провалилась в бездну, где было легко и спокойно.

А с пробуждением, ко мне вернулся страх. Легкими мазками напоминавший о себе.

Приподнявшись на огромной кровати, я застала себя в богато обставленной комнате, где все кричало об исключительности. Стены выкрашены в благородный цвет слоновой кости, напротив меня висела репродукция Ботичелли «Весна», одна из самых любимых картин.

Я застыла в изумлении, но продолжила исследовать пространство глазами, туалетный столик в тон к стенам, толстый ковер на полу, пушистый и на вид очень мягкий, огромное панорамное окно, прикрытое бежевыми занавесками, не скрывающими солнечный свет.

От ярких лучей я и проснулась. На потолке умещалась громадная люстра с множественном висящих элементов. Они переливались на солнце, что нещадно било в окно.

Очень красиво. А вот физические ощущения оставляли желать лучшего.

Тело ныло. Складывалось ощущение, что меня избили, но события вчерашнего дня вихрем пронеслись в голове.

Никто не бил, но оставил на произвол судьбы. Почему именно этот факт болезненно впился в сердце?

Мне должно быть плевать. Должно ведь, да? Надо убираться отсюда, где бы я ни была. Звонить брату, отцу, на крайний случай в полицию.

Но когда я развернулась к двери, дар речи пропал, потому что прямо напротив сидела девочка лет десяти в инвалидном кресле. Она внимательно читала какую-то книжку и широко улыбалась, ведя пальчиками по строчкам.