Почему ощущение, что мне на голову вылили ведро холодной воды? И пока она стекает по телу, я начинаю покрываться льдом изнутри. Конечно, у него есть жена. А может не жена, но кто-то очень близкий. Он наверняка относился к ней с уважением, а не перекидывал через плечо, как меня.

А я просто так, для развлечений. С чего ты вообще решила, Надя, что он мог бы отнестись к тебе серьезно? Да, обещал забрать себе, но не женой ведь.

Гадко. Неприятно до тошноты. А ты тут таешь от прикосновений. Да, он породистый и красивый мужик, не более. Нельзя попадать под влияние магнетических глаз.

А если дочь? Могла бы быть дочь. А где дочь, там и мать.

— …Не доверяю никому, можешь связаться с Графом, но тихо. Так, чтобы ни одна живая душа не прознала.

Я осторожно пробралась к заколоченному окну и сквозь тонкую щель между старыми деревяшками смотрела на исполинскую фигуру Рашидова, нервно расхаживающего по комнате. Он кидал подозрительные взгляды на дверь, когда неожиданно выдал, сжимая руку в кулак.

— Какая-то сука нарывается. Теперь уже нарывается. Найди мне на него все. Я хочу знать все, плоть до того, что он ел на завтрак. Николину ни слова. Пусть думает, что связи со мной нет ни у кого.

Дыхание сперло, потому что мужчина резко развернулся, а мою сторону. Сквозь такую щель он не мог бы заметить меня? Или мог? На мгновение зажмурилась, задерживая дыхание.

— Выжидаем. Я приеду в ангар, не один. Там бует удобно всем постояльцам.

После этой фразы я приоткрыла глаза и жадно проследила за движением мужских рук. Он еще раз оглянулся на дверь, а затем уверенно подошел к кровати, опустился на колени и задвинул телефон под самый низ.

Мы уезжаем? Пронизывающий душу ужас пронзил тело насквозь.

В голове моментально озарилась идея, казалось, что я сверкаю всеми оттенками радуги. Телефон. Вот он где. А я искала совсем в других местах, порой в самых неожиданных.

Чтобы не выдать себя, пулей умчалась к старой колымаге, на ходу теряя тапки, найденные в доме. Дыхание сбилось, я уселась на старый пенек и подставила лицо под лучи заходящего солнца.

— Солнечные ванны принимаешь?

Появился из воздуха.

Не отрываясь от своего занятия, положительно мотнула головой. Я не умела врать, и в этом моя беда и мое спасение. Руки подрагивали от предвкушения. Темный встал прямо передо мной и внимательно рассмотрел. Не надо было открывать глаза, чтобы понимать это.

Я покрывалась красными пятнами, ощущая порочное «касание» взглядом.

В нос опять ударил животный запах мужчины. Только теперь он приносил не мнимое удовольствие, а страх. Подкожный, противный. Я же как открытая книга. Острый нож прошелся по оголенным нервам.

— Мне запрещено выходить на улицу?

Открыла глаза и пренебрежительно выдала.