Передала вопрос и услышала уверенное:

    Значит, не доехал до аэропорта даже!

    Поблагодарила, положила трубку и застыла, гладя мальчишек по вихрастым головам - не могла понять, что мне делать дальше. Снова выручил Матвей.

    - Так. Я звоню Арману - пусть едет в аэропорт. А мы с тобой, Наташ, в больницу. Инга, ты дома с детьми остаешься.

   ... Полтора часа под дверью операционной тянулись так медленно, что я успела изучить все трещинки в стенах старого, давно не видевшего ремонта, коридора.

    Матвей то говорил по телефону с ребятами, постоянно звонившими, то уходил курить на улицу. И когда я оставалась одна, не могла сдержать слёз.

    За этот год, прожитый под одной крышей с Денисом, я поняла, что такое счастье. За этот год я узнала, что значит быть любимой.

    Он был такой... потрясающий во всем! Умный и чуткий, веселый и понимающий... Он возился с детьми по вечерам. А ночами, несмотря на постоянный аврал на работе, неутомимо доказывал свою любовь мне... А какими были наши праздники и выходные! Где мы только не побывали! Он с таким добром отнесся к моей старенькой бабушке и так трогательно помогал мне заботиться о ней, что сердце сжималось порой от осознания того, насколько мне повезло с мужем! И Настю принял. А совсем недавно, случайно, в болтовне с Вовкой и Ванькой, она назвала Дениса папой...

    - Господи, только не забирай его... - прижавшись лбом к стене, прошептала я.

    - Наташ, ну ты что! - Матвей обнял за плечи, разворачивая к себе. - Медсестра на вахте сказала, что вроде бы там все не так уж и страшно было - что-то с ногой, просто кость так раздробилась, что какие-то сосуды разрывала, поэтому решили оперировать сразу. Но не смертельно это!

     Когда его перевезли в палату - обыкновенную, не реанимацию даже (реанимации в маленькой районной больнице просто не было!), знакомая по прошлому году женщина-хирург не только не прогнала меня, но и сама настояла на том, чтобя я осталась на ночь с мужем, объяснив тем, что приходить в себя после наркоза он может начать ночью, а одна дежурная медсестра здесь рабатает на целых два отделения - хирургию и терапию.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

    И я сидела у его кровати, сжимала в руках его ладонь и пыталась осознать, что всё нормально, что я не потеряла его! Всё будет, как прежде! Мы будем всё также жить, детей растить, любить друг друга...

   ... - Наташа... Наташ, - раздалось где-то сбоку.

    Подхватилась, мгновенно вспомнив, где нахожусь и что произошло. Начинало светать, и лицо Дениса мне было уже различимо даже без света. Бледный такой...