Где-то на другой стороне поляны послышалось конское фырканье, и парень замер, словно закаменел. Убедившись, что ветерок не изменился и всё так же продолжает дуть в правый бок, Матвей переждал несколько минут и, убедившись, что горцы на беспокойство коня не реагируют, медленно двинулся дальше. Оказавшись за старым платаном, Матвей плавно поднялся на ноги и, достав из перевязи четыре ножа, взял их в левую руку веером.

Действовать придётся быстро и точно, так что работать предстояло только правой рукой. Ну не получалось у него пока добиться левой рукой такого же результата, как правой.

Пришлось положиться на скорость движений. Сделав глубокий вздох, он плавно выпустил воздух сквозь плотно сжатые зубы, нагоняя в кровь адреналин и, дождавшись, когда в ушах загудит от бега крови в венах, сделал шаг вбок, резко взмахивая рукой.

Первый нож ещё только вонзился в жилистую шею сидевшего спиной к нему горца, а четвёртый уже отправился в полёт. Отреагировать успел только сидевший лицом к нему воин. Одним плавным движением перехватив нож в воздухе, он вскочил на ноги, одним взмахом отбросив ножны с сабли, лежавшей рядом.

Старик, сидевший боком, получил клинок в висок, так что всякой магии Матвей мог не опасаться. Остальные тоже выбыли из строя. Так что на поляне парень остался лицом к лицу только с одним противником.

– Шайтан! Защищать пришёл, – гортанно прохрипел горец, мрачным взглядом окидывая уже умерших приятелей.

– Ты тоже защищал, – хмыкнул Матвей в ответ, выходя на поляну и выхватывая шашку.

Кивнув, горец отступил на два шага в сторону от костра и, провернув в руке саблю, жестом позвал парня поближе. Хищно усмехнувшись в ответ, Матвей плавно скользнул вперёд, также раскручивая оружие.

Клинки столкнулись, выбросив несколько искр, и началось то, что называется боем мастеров. Скорость, с которой бойцы двигались, могла бы удивить любого зрителя, но таковых тут не было, так что красоваться им было не перед кем. Это был бой на смерть. И каждый из воинов это понимал.

Сообразив, что горец заметно тяжелее и явно сильнее его, Матвей сделал ставку на скорость, даже не пытаясь блокировать удары противника. Крутясь вокруг него вьюном, парень то и дело сбрасывал его удары по касательной, тут же нанося свои в ответ.

Уже через пару минут грудь горца украсилась длинным порезом. Но и Матвею пришлось несладко. Изогнувшись каким-то немыслимым образом, парень успел пропустить над собой удар, едва не снёсший ему голову. Он и сам не предполагал, что так умеет."

"В очередной раз сбросив клинок противника по касательной к самой земле, Матвей сделал то, чего и сам от себя не ожидал. Придавив шашкой саблю горца, он наступил на её конец сапогом и тут же рубанул обухом клинка по горлу противника.