Все проблемы были забыты и из кабинета они вышли только к ужину. Всё это время они просто сидели. Матвей уселся в своё любимое полукресло и, усадив жену на колени, не выпускал её из рук, ласково поглаживая по ещё плоскому животу. Катерина, прижавшись к его плечу, тихо млела от этой ласки, прикрыв глаза и затаив дыхание. Даже лошадей в конюшню кузнец завёл сам, решив не трогать молодых.

Уже после ужина, решив самостоятельно вскипятить самовар, Матвей, стоя на крыльце, поднял взгляд в темнеющее небо и неожиданно осознал, что на дворе стоит конец марта одна тысяча девятьсот четвёртого года. До войны с Японией осталось меньше месяца."