Но мы пережили нападение на схрон, и переживём визит главы, верно? – подытожила оптимистично.

Я согласно кивнула. Бабушка обогнула стол, чмокнула меня в макушку с напутственным «ничего больше не бойся» и поспешила к выходу. А меня дёрнул черт за язык и…

– Бабуль, а ты не жалеешь? Что у Гульнары ничего не вышло? Это же был бы… военный переворот. Смена власти. А если бы ты поддержала её и помогла с нечистью, – твоя свобода от наказания. От наблюдателей.

Она остановилась и, не оборачиваясь, негромко произнесла:

– Нет, Рада. Не жалею. Есть и другие пути легализовать дары ведьм. Долгие, трудные… но с меньшими жертвами среди мирного населения. Люди не виноваты в наших войнах. Пусть идут своим путём. А мы пойдём своим.

И торопливо покинула бар.

Я посидела ещё с минуту, обдумывая разговор и допивая кофе, привычно потянулась за сумкой, не нашла нужного и вспомнила, что меня обворовали. Ни телефона, ни компа, ни даже ключей от дома…

– Вов? – я подошла к «муравью». – А ты не умеешь замки взламывать? А я то вообще безо всего…

– Не надо ломать, – на барную стойку легла запасная связка моих ключей. – Я когда в магаз ходил – помнишь, за кофе? – прикарманил. По привычке, – оправдался он смущённо.

– И нам опять повезло, – я улыбнулась. – Пойду я. Спасибо тебе.

– Рада? – раздалось позади мягкое. – Позвольте проводить?..

Я обернулась и сразу узнала незнакомую девушку. Высоченная, но подростково нескладная – джинсы с майкой болтаются как на вешалке, волосы, заплетённые в небрежную косу, чёрные, а глаза – изумрудные, зеркальные. «Кошка». Дочка, внучка или правнучка?..

– Конечно, – я сгребла ключи. – Вы надолго?

– Полчаса-час, – заверила нечисть, надевая тёмные очки.

Позагораю… в свитере. А что делать…

Второй предлог для позагорать обнаружился возле подъезда. Бахтияр, серо-зелёный от усталости, бесцельно и пошатываясь бродил по дороге от одного подъезда к другому, а на скамейке рядом с моим темнела большая спортивная сумка. И моя светлела, кстати…

– Марьяна на крыше нашла, – безэмоционально и привычно не здороваясь сообщил заклинатель. – Комп тоже там. Принимай.

Я, само собой, закопалась в сумку. Фотки с телефона удалены, но он рабочий и комп тоже… Блокноты все исчезли, даже чистые. И, конечно, ни папки, ни рисунков. Но ключи и всё остальное на месте, даже провода для зарядки техники.

Меня сразу же заломало позвонить – маме, Виталине Марковне… – но я отложила разговоры на потом. Бахтияр явно пришёл попрощаться. И, внимательно на него взглянув, я заметила одно нехорошее изменение. Что-то после могильника в нём надломилось… или, надеюсь, погнулось. И однажды он сможет… выправиться. Выпрямиться. Но шрам – место «сгиба», конечно, останется на всю жизнь.