Никого из вас не тронут – понимают, что чревато. И чем. Да, наплела с три короба, напугала, но ведь сработало. Ведающие, слышащие, шепчущие – всё, что у нас осталось от стародавних. Если они исчезнут, нам конец. Наблюдатели нас раздавят и поработят окончательно, и Пламя стародавних не спасёт.

Гульнара открыла рот, чтобы возразить, но Верховная не дала ей слова, продолжив – и говорить, отвлекая внимание, и «капать» на второй росток:

– «Мёртвая рука» – особенный тайник, его не уничтожить и не вычистить. Таких мало осталось – неприкосновенных. Можно вынести артефакты, знания… даже источники силы, как в своё время ликвидировали схроны с источниками силы нечисти. А «мёртвую руку» можно только сберечь. Его – и ключи, чтобы они сберегли нас.

Я вдруг поняла, что… пора. Плющ за моей спиной тревожно завозился, заблагоухал, но не привычно приторно, а терпко, с горчинкой. Ещё немного – и что-то случится… Они тянут время разговорами, чтобы успеть сотворить колдовство, но всему есть предел.

И на этом сакраментальном моменте у Гульнары сдали нервы. Зашипев, она тенью выскользнула из-за спины Бахтияра, бросила дикий взгляд на Глона и выдохнула:

И мой сон ожил. Пёс вспыхнул зажжённой спичкой, и объятая пламенем фигура начала медленно и неуверенно подниматься на задние лапы. Силуэт поплыл, являя один хвост, второй, третий. А по стенам заскользили красные пятна.

Глаза проклятой вспыхнули алым огнем, и она захохотала безумно и истерично.

– Рада, беги! – заорал заклинатель.

Верховная, забив на разговоры, сосредоточенно приступила к работе: чёрные ростки взметнулись к потолку… клеткой. Но Гульнара, чёрт знает как, избежала западни – просочилась сквозь прутья туманом, оказавшись… прямо передо мной.

– Рано, Рада, – проворковала она хрипло и больно схватила меня за горло. – Рано. Ещё не все пришли, – и, наклонившись, улыбнулась: – Ничего личного. Просто у тайника может быть лишь одна хозяйка. Поэтому ты здесь. Ты – человечек. И тебя надо спасать. И не только тебя. Наша замечательная Верховная очень старалась, чтобы ты пришла сюда одна – очерняла брата, наговаривала на твою бабушку и Марьяшу, – чтобы ты никому не доверяла, чтобы отсечь конкурентов и сберечь свою тайну. Но ты сохранила доверие. И правильно сделала. Она придёт не только за тобой, но и за дочкой. И тогда…

Плющ ударил молниеносно и внезапно, хвостом скорпиона вынырнув из-за моей спины, – скатанный в тугой ком стебель угодил проклятой точно в лоб. Гульнара, вскрикнув, отшатнулась, и плющ добавил, хлестнув её по рукам. Я, освободившись от захвата, отскочила назад, а позади проклятой возникла Марьяна. Маленькая, ниже Гульнары головы на полторы, сводная тётка набросила на шею проклятой удавку, заставив её выгнуться и схватиться за собственное горло.