– Чего ждать? Когда ее посадят? Этого? Нечего ждать, нечего! Деньги эти все равно уже не понадобятся…

– Почему? – робко вклинилась я в разговор.

– Я отменил подписание договора. Но работа за все эти годы мной была проделана такая, что информация дошла до Москвы. Давно. Каток ждут. А кто будет за ним стоять, я или кто-то другой, власть имущим не столь важно. Уже нашли какого-то местного владельца заводов и пароходов… некий Кущенко. Вот он теперь и будет исполнять мою мечту.

Слушать Карелина было невыносимо. Голос его дрожал. Его было нестерпимо жаль. Хотелось помочь, вскочить и бежать к Ледовому дворцу прямо сейчас.

Найти там девочку Лизу, наплевав на все. Схватить Вяткина и заставить говорить начистоту. Да, судя по камерам, он чист, на крыше его не было. Но он был с убитой в отношениях. Пусть странных. Но что-то ведь он должен был замечать? Спросить у Задорожной, на что она была готова ради того, чтобы убрать соперницу за сердце Владика? Подговорить кого-то? Нанять киллера?

В офисе в момент стало душно. В глазах начало темнеть, на какой-то миг я даже испугалась, что мне не хватит воздуха и я потеряю сознание.

Наконец поток свежего ветра вернул меня с небес на землю. Я пришла в чувство и поняла, что сквозняк идет от двери, которую открыл Карелин, покидая наш офис.

– Что с тобой? – обеспокоенно спросил Марич, глядя на меня.

– Да ты почти зеленая.

Он встал и налил стакан воды. Я сделала несколько глотков.

– Он забыл отчет. – Я заметила на своем столе подготовленный для Карелина файл. – То есть я забыла его отдать.

Серб не ответил. Ситуация тупика, в который мы угодили, вряд ли была ему по душе. Только он, в отличие от меня, никак это не выдавал.

Впрочем, паника – это не про него. А вот мною она овладела в полной мере.

– Давай сделаем что-нибудь?

– Что ты предлагаешь?

– Поехали к Уваровой. Она тоже попала на камеры последнего этажа в то утро.

– Она директор дворца, в этом нет ничего удивительного.

– Камилла может больше бояться потерять свою репутацию, чем твое хорошее к ней отношение.

Серб нахмурился, а я пояснила:

– То, что крыша пригодна для того, чтобы организовать на ней нечто вроде балкона, мы знаем только с ее слов. Так?

Марич ничего не ответил, ждал, когда я закончу мысль.

Хотя наверняка давно понял, к чему я веду.

– Если Денисова упала оттуда по неосторожности, то Уварова – первая, кому выгодно это скрыть.

– Поэтому она так легко пускает тебя на территорию и дает полную свободу действий? Неизвестно, что ты могла накопать.

– Значит, она уверена, что избавилась от всех улик, которые могли бы изобличить ее причастность. Косвенную, разумеется. Несовершеннолетние спортсмены отдыхают и разминаются на крыше, для этого не приспособленной. Одна из лучших фигуристок области срывается с нее.