Изумлению Рейчел не было предела, когда они прошли мимо отделов детской одежды, книг и игрушек и остановились у магазина постельного белья.

— Что мы здесь будем делать?

— Нам надо подготовить комнату для тебя, — ответила Лавиния, прикидывая, насколько готова к этим тратам ее кредитная карта. — Давай выберем тебе самые красивые простыни.

— Я что, переезжаю к тебе? — осторожно спросила Рейчел, и Лавинии показалось, что в голосе сестры она слышит затаенную надежду.

Ее сердце чуть не разорвалось оттого, что она не могла дать желанный для них обеих ответ.

— Не сейчас, — призналась Лавиния. — К сожалению, это решаю не я, но я не перестану бороться за тебя… — Она увидела, как помрачнело личико сестры, и поспешно продолжила: — Но у тебя действительно будет своя собственная комната в моем доме. Где бы я ни жила, там всегда будет комната для тебя, даже если я смогу забирать тебя лишь изредка, даже если нам придется подождать, пока тебе не исполнится шестнадцать. — Лавинии в голову пришла ужасная мысль. — Ого! Мне ведь тогда будет уже за тридцать! — Внимательно смотревшая на нее Рейчел неожиданно рассмеялась и кивнула.

— Тогда пойдем посмотрим простыни.

И, несмотря на щемящее чувство в груди, этот час был одним из самых счастливых в жизни Лавинии. И, что еще более невероятно, он стал таким благодаря тому, что она последовала совету Захара.

Они выбрали розовое постельное белье, салатовые тюлевые занавески и амулет, притягивающий хорошие сны, в виде бабочки, а потом Лавиния купила Рейчел самый дешевый мобильный телефон. Из торгового центра они отправились домой к Лавинии, где Рейчел наконец увидела отведенную для нее комнату. Они вместе заправили кровать и повесили занавески, а потом Лавиния настроила новый телефон и научила Рейчел отправлять сообщения.

— Каждый вечер я буду желать тебе приятных снов и отправлять поцелуй, — сказала она, обнимая сестренку. — А ты сможешь отвечать мне тем же и рассказывать, как прошел твой день.

Рейчел тут же начала щелкать клавишами. Через мгновение телефон Лавинии запищал, оповестив ее о том, что первый поцелуй от сестренки успешно получен.

— Знаешь, все у нас будет хорошо, — сказала Лавиния, когда они прощались. — Я все для этого сделаю.

Лавиния старалась казаться веселой, но ей было больно смотреть на огорченное личико Рейчел.

— Я хочу остаться с тобой.

— Когда-нибудь так и будет. У тебя все будет хорошо, малышка, — как можно более уверенно сказала она, заметив тень Ровенны, подходившей к двери.

— Лавиния, я не хочу к нему возвращаться.

Лавиния знала, что нельзя давать ребенку обещаний, которых не сможешь сдержать, тем более под строгим взглядом стоявшей рядом Ровенны, но, прощаясь с Рейчел, она крепко обняла ее и прошептала:

— Я сделаю все, что смогу.