А еще – мистер Прендергаст сказал, что точно не знает, но вроде бы это так, – мистер Сейли уехал туда же, как только его выпустили из тюрьмы. Как бы то ни было, в Столчестере теперь новый мэр.

Про дядю Альфреда никто ничего не слышал с тех пор, как его унес Странник. Я теперь лучше разбираюсь в таких вещах, поэтому не вижу в этом ничего удивительного. Странники – посланцы Властителей Кармы, а дядя Альфред попытался использовать Властителей Кармы в своей бесчестной игре.

А Столлери постепенно разрушается, с грустью поведал мне мистер Прендергаст, и становится все больше похож на все эти заброшенные поместья из других вероятностей. Я вспомнил, как рыдали у лифта миссис Балдок и мисс Семпл, и спросил, что же стало со всей прислугой, оставшейся без места.

– Тут в дело вмешался сам король, – жизнерадостно ответил мистер Прендергаст. – Ему всегда не хватает вышколенной прислуги для работы в королевских резиденциях. Так что они теперь все слуги его величества. Кроме Манфреда, – добавил мистер Прендергаст. – Ему пришлось уйти из театра после того, как в одной сцене в тюрьме он провалился сквозь пол темницы. Кажется, теперь он преподает в школе.

Король дал знать, что завтра желает меня видеть. Я страшно волнуюсь. Правда, Фэй Марли пообещала сопроводить меня как минимум до дверей и подержать за руку. Она хорошо знакома с королем и говорит, что он, возможно, сделает меня дознавателем по особым делам, как мистер Прендергаст.

– Ты замечаешь то, чего другие не видят, душенька, – пояснила она. – Так что не переживай. Все будет хорошо, вот увидишь.