Вторник начался с нашего с Тимом спора: я хотела встретиться со Светой и девочками, чтобы спокойно попрощаться и поговорить наедине, а он хотел меня ждать в это время в машине. Это меня не устраивало — буду сидеть как на иголках и торопиться.

— Тим, но зачем? Я спокойно доберусь до дома сама, в конце концов, вызову из кафе такси, если ты чего-то боишься. Ты боишься за меня, да? — пусть хотя бы мотивирует эту свою гиперопеку.

Он недовольно поморщился и, видимо, чтобы меня не пугать, в своих опасениях не сознался.

— Нет, нечего бояться. Мы же не в девяностых. До членовредительства звезда не дойдёт, да и затаилась она, скорее всего, когда поняла, как именно я настроен, и её план провалился.

— Ну вот. Уладим дела в ректорате, ты поедешь домой собирать вещи, а я встречусь с девочками и как раз вернусь к приезду транспортной компании.

Мы решили не заморачиваться с багажом. С собой возьмём самое необходимое, а остальное отправим «Деловыми линиями».

— Ладно, только недолго, и сразу же, как сядешь в такси, позвони, — капитулировал Тим.

В универе управились быстро, я даже не ожидала. Думала, придётся побегать с зачёткой и запиской от Сухаря по преподам, но секретарь, не моргнув глазом, отдала пакет моих документов и занялась текущими делами. Самого ректора мы даже не видели. Надо же, как бывает. Можно совершенно не напрягаясь получить зачётку с прекрасными оценками, главное — иметь нужные связи.

Написала Свете сообщение, что жду в кафе, которое любили студенты за доступные цены и близкое от главного корпуса расположение — подожду там, время есть. Отправила Тимура домой, а сама пошагала в направлении небольшого пластикового павильона под названием «Отличник».

Вообще-то терневское тревожное настроение для меня даром не прошло, это при нём я вида не подавала, а вот как только осталась одна, оно прямо нахлынуло: пока шла сто метров до входа в кафе, казалось, что за мной следят. Между лопаток ощущалась неприятная щекотка чужого взгляда, я даже обернулась пару раз, но никого подозрительного не заметила — паранойя! Чего мне бояться? Принялась себя мысленно успокаивать. Я, конечно, плохо знаю отца Тимура, вернее, совсем не знаю, только со слов сына, но что он мне сделает белым днём в людном месте? Звезды и подавно нечего опасаться — она в пролёте.

А когда, заняв столик, я заказала себе большую порцию мороженого, чтобы окончательно вытеснить неприятные предчувствия, вообще отпустило. Не успела одолеть даже половины лакомства, как в кафе явились девочки. Оля с Верой задерживаться не стали, у них, как обычно, были свои важные дела. Они забрали деньги, порадовалась, что всё разрешилось благополучно, и попрощались. Про свой отъезд я умышленно им говорить не стала.