Последняя соломинка не сработала, не выдержала нагрузки.

В ушах до сих пор набатом звенело предложение Панкратова.

— Вы, Глеб Сергеевич, можете остаться работать в моей фирме в качестве менеджера, — он сделал акцент на слове «моей» и выдал мерзкую улыбочку. Кулаки зачесались, так хотелось втащить ему в табло, но пришлось сдержаться: не хватало еще, чтобы меня с позором на глазах у всех сотрудников вывела служба охраны! — Но вам придется сменить город, потому что вакансия открыта в Мурманском филиале. Вы готовы?

Этот вопрос я оставил без ответа. Новый хозяин моей фирмы знал куда бить и не отказал себе в удовольствии поглумиться над лежачим.

Гаденыш! Документы по слиянию уже готовы, Левин успел вывести свои активы, но…

— Знаешь, Глеб, — заявил Борис, когда я встретился с ним в баре после работы, — мне недавно предложили стать инвестором в одном выгодном деле. Парни грамотные, проект просчитанный, надежный. Я подписал договор и вложил туда все деньги, которые забрал из нашего общего предприятия. Не обижайся, друг, ничего личного.

После того, как Панкратов запустил когти в нашу фирму, в деловых кругах пробежал мерзкий шепоток, и моя репутация рухнула ниже плинтуса.

Те, кто еще недавно желали стать партнерами, сейчас воротили носы и отказывали в бизнес–встречах, а ведь я готов им предложить… Черт! Идей масса, только деньги нужны, а их не было!

Можно продать квартиру и машину, купить что–то поскромнее и поменьше, но что скажут люди? Куда я приведу Магдалену, когда она родит нашего ребенка? В старую хрущевку, как у Инги? Так это позор, а не квартира! И какой я бизнесмен, если езжу на китайском паркетнике? Куда не кинь — всюду клин, ёпта!

Но самое страшное не это.

Хрен с ними, с деньгами, выкручусь. В свое время я поднялся с нуля и сейчас не пропаду. Кое-какая сумма лежала на личных банковских счетах, до них Панкратов не добрался. Все было официально проведено как дивиденды, налоги уплачены. Копейки, конечно, ну хоть что–то!

Самое страшное — это то, как он поступил с моей любимой женщиной.

— Убедительно прошу вас, Глеб Сергеевич, впредь не беспокоить мою жену. Забудьте о ней, — заявил напоследок мерзкий тип. — Магдалене нужен покой и положительные эмоции, чтобы выносить здорового ребенка.

Надеюсь, мне не придется еще раз возвращаться к этой теме…

Это был даже не намек, а намного больше: угроза, но я рискнул. Ради нашей любви, ради смелой женщины, которая не побоялась забеременеть в таких условиях.

Я несколько раз приезжал к воротам загородного дома, куда Роберт отправил Магду, а потом узнал, что она вместе с мамой улетела в Швейцарию. Эта гнида все предусмотрела. Телефон любимой молчал: Магда мне не звонила, на вызовы не отвечала.