Засунув журнал регистрации вызовов подмышку, я возвращаюсь в отделение и по дороге звоню Опоссуму.

– Привет, приятель. Кажется, у нас проблемы. Два часа назад кто-то вызвал скорую: травма при падении. И они так и не вернулись. По рации тоже не отвечают. У нас с Джули плохое предчувствие.

– Речь про того твоего друга?

– Да, про него. И еще кое-что. Адрес вызова… Дом 5 по Френдшип-роуд, мы когда-то там недалеко рыбачили с тобой. Я не был там с тех пор, как сельскохозяйственная компания засыпала пруд. Там кто-то еще живет?

Опоссум кому-то что-то скомандовал.

– Мы уже едем, Бен. Там жил только старик Уорнер, а после его смерти место осталось заброшенным.

– Прошло больше года, – бормочу я, пытаясь собрать свои мысли воедино. – Бессмыслица какая-то. Зачем кому-то понадобилось быть там посреди ночи?

– Дело нечисто – вот что я могу сказать. Буду держать тебя в курсе по мобильному.

Когда я засовываю телефон в карман, замечаю, как дрожат мои руки, и не понимаю, почему. Все должно быть в порядке. И для паники совершенно нет причин. Они просто немного припозднились. Может, не могут оттуда поймать радиосигнал.

Пока жду, как Опоссум доедет до старого фермерского дома, пытаюсь еще несколько раз связаться с ними по рации. Так же несколько раз хватаюсь за мобильный, беспокоясь, не вырубилась ли батарея и включен ли звук.

Наконец рация оживает, и оттуда доносится голос Майка. Он сам на себя не похож – запыхался и голос слабый.

Рванув к рации, я опрокинул мусорную корзину, и по полу рассыпались клочки бумаг и использованные латексные перчатки.

– Э-э… Конечно, Майк.

Джули выглядит озадаченно и сильно обеспокоенной, когда я выхожу на улицу и иду мимо стоянки машин скорой в приемное.

Когда въезжает машина, ни огни, ни сирена не включены. Майк аккуратно паркуется и вылезает с водительского сидения – он двигается странно медленно и оцепенело. Когда я вижу его лицо, в животе у меня все ухает вниз.

– Майк, какого черта произошло?

На его лице написан чистый ужас, глаза широко раскрыты, взгляд безумный, а губы дрожат. Спотыкаясь, он медленно идет ко мне и протягивает скомканный лист бумаги.

Майк настойчиво протягивает мне лист и, всхлипнув, говорит:

– Мне очень жаль, Бен. Я должен был догадаться, но они… – захлебнувшись словами, он с усилием продолжает: – Меня вырубили электрошокером сзади. Я слышал, как они приближались, но не успел быстро среагировать.

Ощущая головокружение, я беру записку и заставляю себя прочитать ее.

Подписи нет, но внизу написан номер телефона.

По телу начало распространяться онемение, а в мозгу замелькали картинки из фильмов – из триллеров, большинство которых с плохим концом. И я не могу вспомнить ни один, где вторую половинку героя оставили бы в живых.