– Да я в жизни не стала бы устраивать такой кастинг! Мне и первая кандидатка понравилась, и вторая, и третья.

– Нет, – мама хмурит брови. – Пятая всё-таки нет. Но все остальные подходили идеально!

Снимаю пиджак. Забираю дочку из рук матери, подкладывая ладонь под её крошечную головку.

Никак не могу привыкнуть, что она теперь сама может держать голову. Такая сильная... Моя девочка.

Небесно-голубые глаза дочери взирают на меня с интересом. Пухлые губки растягиваются в улыбке.

Я начинаю ходить по столовой, негромко приговаривая:

– Хочешь осмотреться, да? Хорошо, давай. Вот тут у нас обеденный стол, Лиза. Скатерть. Ваза с цветами. А ещё мы можем посмотреть в окно. Смотри, Лиз, солнышко...

Моя дочь совсем недавно стала проявлять любознательность. Она развивается с отставанием, потому что родилась семимесячной.

– Тимур, – зовёт мама, и я оборачиваюсь. – Мой самолёт завтра. И я не могу не полететь.

Она подходит к нам с Лизой. Проводит по золотистому пушку на макушке дочки.

– У нас, похоже, закончились кандидатки, – сетует мама. – Как же ты без няни?

– Разберёмся, – отмахиваюсь я. – К тому же у меня есть Галина Викторовна. Она сможет иногда приглядывать за Лизой.

Мама подаётся ближе и начинает шептать:

– Галина Викторовна не няня, Тимур. И мы не можем всё время пользоваться её добротой и отзывчивостью. Да и Лизочке нужна не очередная бабушка, а молоденькая нянечка. Как мама... Но, конечно, не такая, как её родная мать...

Я резко отстраняюсь. Даже моей матери запрещено говорить о моей жене.

– Тимур, ты не сможешь всё время избегать разговоров о Жанне, – достаточно строго произносит мама. – Пресса всё равно не оставит тебя в покое.

– Оставь это мне, мам.

– А что мне ещё остаётся? – разводит она руками.

– Прошу прощения, Тимур Алексеевич, – привлекает к себе внимание вошедшая в столовую Галина Викторовна. – Звонили из агентства. К нам приедет ещё одна девушка.

Твою ж мать! Ещё одна!

Мама буравит меня строгим взглядом.

– Ты понимаешь, что это твой последний шанс, сын? Если и эта тебе не понравится, то всё! Бросишь работу и будешь сам заниматься Лизой.

Дочка в этот момент сладко зевает и утыкается щёчкой в моё плечо. Когда смотрю на неё, всё внутри вибрирует, словно оживая. Даже моё сердце, покрытое коркой льда, оттаивает.

– Ладно, твоя взяла, – говорю маме, осторожно опуская Лизу в люльку и начиная покачивать. – Я не буду вмешиваться. Если очередная нянька тебе понравится, ты можешь её нанять.

Надеюсь, я не пожалею об этом.

– Слава Богу, Тимур! – восклицает мама. Потом ойкает, прикрывает рот рукой и шепчет. – Тогда иди погуляй пока от греха подальше. Без тебя тут справимся.

Подходит ближе, оттесняя меня от люльки. Сама начинает её качать, присев на стул.